— А моя забота — ее благополучие. Альб не позволит ей выбрать мужа на свое усмотрение, что бы она не думала на этот счет. И если в голову ее супруга придет какая-нибудь дурная мысль, мы будем рядом в нужный момент. Смерть Горилики может быть выгодна очень многим. В Шаторане нет устойчивой системы престолонаследия, зато есть множество прецедентов смены правящей династии. Стоит Альбу лишиться дочери, и тут же появится целый легион "законных" престолонаследников. Таковы правила игры.
Когда Паук, едва продрав со сна глаза, появился на кухне, Успел покладисто домывал посуду.
— Ух ты! — радушный хозяин открыл первый попавшийся из стоявших на плите горшков, и схватив ложку, начал выуживать из рагу куски мяса. — Хорошо тебе, Яр. Захотел есть — пошел и приготовил. И еда при любых условиях, и силы бережешь. Знаешь притчу: встречаются как-то шесть богатейших в мире купцов, и начинают хвастать, кто что полезного купил. Ну, все по списку: женщины, книги, земли… а шестой и говорит: "Я купил вот эту трость". Все: "Да что полезного в трости?" А он и говорит: "Она красивая, так что приятно на нее смотреть, дорогая, и потому производит нужное впечатление, тяжелая — ею можно погонять слуг, но главное — на конце ее прикреплен магнит, которым очень удобно подбирать монетки с мостовой". Ты напоминаешь мне этого купца: ты не тратишь силы попусту, и потому в любой момент готов сотворить великое заклинание.
Я кивнул, благосклонно принимая незаслуженный комплимент.
— Вот только медь к магниту не пристает.
— Вот вечно ты придираешься! — Обиделся некромант. — А то ты не знаешь, из чего медь чеканят!
— Да уж, — рассмеялся я, — нет более наглого фальшивомонетчика, чем государство! Где можно лошадей раздобыть? Нам с Успелом нужно в форт. Вы с Иреной езжайте напрямик в деревню, там и встретимся.
— Лошади в стойле за домом, уже готовы. — Паук сдвинул прикрывавшую поднос крышку и невольно облизнулся. — М-м-м… Скумбрия! Откуда?
— Из твоего погреба, — я махнул рукой Успелу, — как и все остальное.
— У меня в погребе есть скумбрия?! — адепт пораженно оглядел царящее на столе изобилие.
— У тебя в погребе нет разве что маринованного беся. Хотя мы до конца погреба не добрались, так что кто знает…
— О! — Паук прислушался. — У нас гости.
Адепт спешно покинул кухню, прихватив, впрочем, со стола блюдо с колбасками.
— Как он узнал? — Успел крутил в руках ложку, раздумывая, видимо, стоит ли ее мыть, или хозяин вернется доедать рагу.
— Это его дом, — я пожал плечами. — Кроме того, вестник по прибытии подает адресату сигнал. Ты разве не знал?
Кемет покачал головой.
— У нас по старинке пользуются воронами, голубями и пчелами. Я впервые увидел вестника только в Столице. — Он со вздохом сунул ложку в таз с водой.
— Здешние вестники сильно отличаются от столичных… — намечающуюся лекцию о местной фауне и флоре прервал голос Паука, звавший нас в гостиную.
Мы нашли адепта сидящим в мягком кресле и со свитком в руке. Лицо у Паука было мрачное, и свиток, постоянно норовивший свернуться в трубочку, настроения моего друга совершенно не улучшал. Капсула от свитка лежала тут же, на журнальном столике. Я даже различил следы зубов на пробке. Вестник, похожий на нетопыря, уже расположился на каминной полке, сложил крылышки и начал покрываться корочкой, которая в скором времени должна была превратиться в твердую скорлупу.
— Фаулор, — Паук поднял на меня встревоженный взгляд. — Боюсь, ваша поездка в форт отменяется. Я получил письмо от коменданта. Его сотня вчера вечером прибыла в ту самую деревушку, где мы должны были встретиться с акши. Местные жаловались, что какая-то нечисть нападает на скот и людей. Комендант, как и я, считал, что там орудует ходячий мертвец или, в худшем случае, зомби, но мы ошибались. Ночью эта тварь нагло явилась в деревню. Что это было, никто понять не успел, но оно убило несколько человек, в том числе одного из некромантов. Там нужна моя помощь. Ты можешь не ехать — я разберусь на месте и пришлю тебе вестника, когда станет безопасно.
