От мыслей меня отвлекли громкий хруст и сокрушенное конское фырканье, донесшиеся из-за спины. Солнце еще не взошло, но небо на востоке уже серело, и, обернувшись, я отчетливо разглядел коня Электры. Он стоял, как-то очень по-человечески склонив голову набок. Девушки в седле не было. Не было ее и рядом с конем. Зло сплюнув, я спрыгнул с коня и тут же оказался по пояс в снегу. Мне понадобилось несколько минут, чтобы добраться до девушки. Похоже, езда без поводьев оказалась для нее непосильным испытанием, и она попросту вывалилась из седла. На ее счастье, нога не застряла в стремени, а Лютик проявил галантность и остановился рядом с тем местом, где она упала. Запутавшись в одеяле, она еще некоторое время продолжала барахтаться, только глубже закапываясь в снег.
Пока я ее откопал, пока влил в клацающую зубами и шмыгающую носом девушку несколько декоктов, пока завернул ее в два одеяла, взгромоздил в седло и накрепко примотал к нему, солнце окончательно взошло. Электра покачивалась в седле, будто мешок с картошкой, но выпасть из него не смогла бы теперь и при сильном желании. Предупредив Лютика, что если его хозяйка все же умудрится вывернуться из веревок ждать их никто не будет, я вскарабкался в седло и мы поехали дальше. Разумеется, меня посещала светлая мысль о том, чтобы пересыпать барахтавшийся в снегу сверток порошком из молочая и оставить ее здесь, но это не имело бы ровным счетом никакой практической пользы. От погони меня бы это не спасло, едва ли это даже задержало бы ее.
Лес заметно посветлел, поредел, и я понял, что мы вот-вот выедем в поле. В мои планы это не входило. Я развернул коней на запад. Я намеревался пробраться по краю Великого леса до Драконьей реки, а там, попросив благословения у богини, в свое время утопившей цвет теморанского рыцарства, пройти по льду как можно дальше на юг. Для этого мне могла пригодиться Электра: боги драконов довольно кровожадны. Лота была права насчет того, как опасно для богов принимать человеческие жертвы, но многие древние божества в течение долгого времени такими подношениями не брезговали, и, похоже, не испытывали никаких негативных последствий. Нельзя, разумеется, забывать и том, какие опасности подстерегают и того, кто подобные жертвы приносит, но если бы встал выбор... Подобному нет обоснованного оправдания, и я не был уверен, что сумею перерезать горло этой пигалице, но и обратного я утверждать тоже не мог. Нам предстояло добраться до реки, не попавшись в лапы теморанцев, а у девчонки уже покраснел нос и зуб не попадал на зуб. Ночевка в зимнем лесу - это вам не орехи на меду. Я был виноват уже в том, что вчера не устроил ее как следует, а теперь не мог остановиться и привести ее в норму. Я и сам не заметил, как пустил коня в галоп. Меня толкала в спину уверенность, что именно там, впереди, смыкается кольцо преследователей, и если я потороплюсь, я успею проскочить меж смыкающихся челюстей. Лютик поравнялся с Рокотом. Электра стянула с головы одеяло, ее лицо порозовело в тон носу и глазам. Снадобья подействовали, и теперь она держалась в седле настолько прочно, насколько способны только люди, уверенные, что скачка на бешеной скорости через лес им просто снится. Лицо девушки освещала идиотски-счастливая улыбка. Я подумал, что попадись сейчас на ее пути достаточно крепкая ветка, Электра и не заметит, как ей оторвет голову, но ее конь старательно огибал опасные деревья.
Я нагнулся к уху коня, чтобы попросить его еще прибавить ходу - это меня и спасло: камень только зацепил край капюшона. Роккот, не сбавляя темпа, затоптал какого-то бедолагу, оказавшегося у него на пути. Я только услышал, как сухо хрустнуло что-то под правым передним копытом и еще хрусткий чавкающий звук слева. Повернув голову, я увидел, что Лютик отстает от нас всего на полкорпуса. Одеяла окончательно сползли с плеч Электры. Она сидела в седле прямо, лицо было забрызгано кровью, в правой, свободно висящей вдоль тела, руке она держала небольшой топорик. При этом улыбка на ее лице ничуть не померкла. Лес огласился пронзительным многоголосым свистом. Нас преследовали.
Роккот тяжело всхрапнул. Тяжелые рыцарские кони не предназначались для длительной скачки. Свист прекратился, но я и так видел троих преследователей. Они скользили на лыжах в нескольких метрах справа от меня. Или егеря, или банальные лесные разбойники. Убегать от них бесполезно: загоним коней, но даже если сумеем на короткое время оторваться, увязнем в снегу и станем легкой добычей. Я снова наклонился к уху Рокота. Конь выслушал меня и согласно фыркнул, а я свесился набок, к седельным сумкам покойного рыцаря.
