Старая липа была видна издалека. Дорога обходила ее тщательным полукругом, так что пришлось пробираться через сугробы. Электра была этому не слишком рада, но вслух не возмущалась. Я ее с собой не звал. Хочет тащиться за мной - ее дело. К огромному моему облегчению, нас уже ждали. Толлар стоял на корне липы, прислонившись к ее стволу, и с широкой улыбкой наблюдал за тем, как мы барахтаемся в снегу.
- Не думал тебя здесь увидеть. - Я из-под руки оглядел укутанного в подбитый мехом плащ знакомца.
- Ты навел в Темгорале такого шороха, что я сразу догадался, где тебя ждать. - Его улыбка стала еще шире. - Лет сто не видел такого переполоха. Шесть кварталов сгорело дотла. Да еще тот фокус с узором! Пока разобрались, что к чему, вокруг жреца целый хоровод выстроился. Народное гуляние, да и только! - Он не выдержал и рассмеялся в голос.
Я повернулся к коню и стал расстегивать ремни на его морде. В отличие от Толлара, мне было совсем не весело. Это напоминало воспоминания с похмелья о бурной попойке с приключениями. Я, как тот вор, что украл у лавочника медяк, да убегая опрокинул лампу и сжег всю лавку. В пору было хвататься за голову. Конь выплюнул мундштук и благодарно помотал головой.
- Пойдешь со мной, или седло тоже снимать? - Расставаться с таким красавцем было жаль, но таков был уговор: он довезет меня к старой липе, а я его отпущу.
Конь, не задумываясь, ткнулся носом мне в плечо.
- Хорошо, тогда держись рядом. Я буду звать тебя Роккот, если ты не против.
Конь фыркнул, обдавая мое плечо теплым дыханием. Конь, на котором сидела Электра, тоскливо вздохнул. С ним у меня договора не было.
- Милые коняги! - Толлар прошелся по корню, будто боец по шесту, и опустился на одно колено, оказавшись вровень с третьим конем. - Лошадка, пойдешь со мной?
Называть этакого здоровяка лошадкой мог только эола. Коней для Золотой Сотни выводили специально, с применением не только магии, но и не без вмешательства самого Единого. Меня, правда, немного пугало, что мой новый конь может оказаться умнее меня, но упускать такой шанс было нельзя. "Лошадка", тем временем, вытянула морду к эолу, и тот, снова рассмеявшись, освободил ее от узды. Конь Электры вздохнул еще громче. До девушки наконец дошло, она сползла с седла и тоже завозилась с ремешками. Конь покосился не нее с явным недоверием.
- Уведешь нас? - Я уселся на корень и переобулся в родные сапоги, принесенные Толларом.
- Про нее речи не было. - Эол кивнул в сторону Электры.
- Говоря "нас", я имею ввиду себя и Роккота.
- Не бросайте меня здесь! Пожалуйста! - Девушка закусила губу и было ясно, что она вот-вот разревется в голос.
- И зачем ты мне? Изнеженная девица, за которой охотится Золотая Сотня. - Я покачал головой. - От Дима толку было бы больше. Он хотя бы готовить умел.
- Я научу-усь! - Электра плакала уже навзрыд. - Пожа-алуйста, не бросайте меня здесь!
Она опустилась на колени.
- Пожалуйста.
"Насколько же ей страшно, - подумал я. - В таверне она выглядела куда увереннее. Видимо, тогда она еще не понимала, что за пределами родной усадьбы ее жизнь не стоит и тертого медяка. Родители решили выдать замуж за нелюбимого, а когда строптивая дочь сбежала, отправили вслед за ней сотника. Может, и не так, но наверняка очень близко. Все началось как приключение, а закончиться может и на плахе".
Разумеется, мне было ее жаль. Я невольно представлял на ее месте Горилику, и внутри неприятно екало: как-то там моя принцесса? На тонкой шее просвечивала жилка - достаточно было одного взмаха ножа, чтобы она уже никогда ни о чем не плакала. Толлар смотрел на меня насмешливо: все мои душевные метания были для него очевидны.
- Ладно. - Эол махнул рукой. - Проведу обоих, а там пусть катится. Но если она потеряется по дороге, пусть не жалуется.
Электра кивнула. Она не знала, что значит "потеряется". Вечность во тьме, без надежды на возвращение. Не жизнь и не смерть. Только терзающий душу холод. Это жуткое место - граница между мирами. В том числе, между миром живых и миром мертвых. Эолы проходят по самой кромке этой тьмы, не рискуя заходить дальше, простым же смертным и вовсе нечего было здесь делать. Тащить туда обычного коня было бы полным безумием - животные боятся таких мест, но кони Золотой Сотни, как и лошади из Спокойного, были малочувствительны к магии и ее проявлениям, кроме того, были достаточно умны. И все же самые ценные вещи я взвалил на себя. Электра оказалась обвязана веревкой, конец которой я закрепил у себя на поясе. Девушка уже совершенно успокоилась, и я не стал ей говорить, что на той стороне я вполне могу обнаружить, что веревку кто-то перекусил. В тенях бродило много неприятных существ и, хотя вероятность встречи была крайне мала, случалось всякое.
