Охранники предпочли столпиться у двери и перешептываться, так что Лео остался наедине с молодой девушкой. Она настороженно оглядела его странную, безголовую фигуру.
– Привет, – весело сказал Лео. Девушка напоминала ему сестру. – Как тебя зовут?
Она оглянулась на дверь, затем снова посмотрела на него. Поставив поднос на стол, служанка прошептала:
– Милли, – и бросила еще один нервный взгляд назад.
– Не беспокойся о них, – непринужденно сказал Лео, зная, что уверенный тон может успокоить даже самого капризного ребенка. – Меня зовут Лео. И сегодня я пережил настоящее приключение.
Милли вскинула голову, в глазах ее зажегся интерес.
– Хочешь расскажу?
Она нетерпеливо кивнула, и Золотой принц улыбнулся.
Рен действительно спала как убитая.
Она проснулась от того, что Джулиан ткнул ее ботинком, и резко выпрямилась с растрепанными волосами и костяным ножом в руке. Губы кузнеца дрогнули, и на секунду девушке показалось, что он собирается рассмеяться, но вместо этого Джулиан отвернулся и принялся возиться с их припасами.
Судя по свету, пробивавшемуся сквозь разбитые ставни, время близилось к полудню.
Рен взглянула на Джулиана: он снова облачился в доспехи, аккуратно зачесал волосы и, похоже, собрал сумки. Он что, вообще не спал?
Рен потянулась. Ночью она сняла кожаную куртку и брюки и спала в одной тонкой тунике, поэтому стала двигаться медленнее, проверяя, сможет ли привлечь внимание кузнеца.
Он ничего не заметил. Кажется, он твердо решил вообще на нее не смотреть. Раздосадованная отсутствием интереса со стороны Джулиана, Рен, не потрудившись надеть что-либо еще, подошла к столу.
Кузнец склонился над парой рыб, которые уже были тщательно разделаны, и теперь он пытался вынуть из них все косточки. Этим утром Джулиан успел еще и порыбачить, что еще раз доказывало, что он спал недолго… если вообще спал.
– Выспался? – спросила Рен, приподняв бровь. Он метнул в ее сторону взгляд своих темных глаз, прежде чем вернуться к своему занятию.
– Ага.
Вот лжец. Он все еще был в перчатках (возможно, не хотел марать руки) и держал в правой руке маленький нож.
– Рядом не всегда будет река, в которой можно порыбачить, – сказал Джулиан, очевидно, чувствуя необходимость объясниться. – Я решил воспользоваться случаем, а остальные припасы приберечь на то время, когда мы войдем в самое сердце Одержимых земель.
Рен кивнула.
– Помощь нужна? – спросила она без особого энтузиазма, потому что Джулиан все ковырял и тыкал, но не сдавался.
Он уже открыл рот, чтобы отказаться, когда замер и по-настоящему посмотрел на нее снизу вверх. Он наконец обратил внимание на ее одежду, точнее, на ее отсутствие, но в ответ на увиденное лишь закатил глаза и откинулся на спинку стула. В ожидании Джулиан кивнул в сторону рыбы.
Призраков порождали только теплокровные животные, а значит, рыбы, рептилии и насекомые после смерти оставались безвредными. Даже крупный рогатый скот, домашнюю птицу и других животных можно было разделывать, но непосредственно сразу после убийства. Поскольку их связь с жизнью была не такой сильной, как у людей, у призраков животных просто не было шансов сформироваться.
Рен подняла ладони над разрезанной пополам рыбой и одну за другой вытащила из нежной мякоти косточки, притягивая их к ладоням, словно металлические опилки к магниту.
С довольной ухмылкой девушка бросила кости на стол, оставив после себя идеальную для приготовления рыбу.
– Впечатляет, – неохотно признал Джулиан и наклонился вперед, чтобы осмотреть результат ее работы. Он впервые похвалил ее. – Из тебя бы получился хороший торговец рыбой.
Похоже, его слова только казались похвалой.
– Эй, не будь к себе так строг, – ободряюще сказала Рен. – Ты же поймал рыбу и развел огонь, так что слуга из тебя получился бы феноменальный.
Джулиан покачал головой и понес рыбу к печке, в которую, судя по яркому пламени, он не так давно закинул немного дров.
– По тому, как ты себя ведешь, следовало догадаться, что ты благородного происхождения. Наверное, выросла в прекрасном замке, где за тобой ухаживали слуги.
Рен вынуждена была признать, что он был недалек от истины.
– Я и дворянка, и бастард, – затараторила она. – К тому же вела себя так плохо, что выполняла больше работы, – она указала на выпотрошенную рыбу, – чем слуги.
– И тебя сослали к Пограничной стене, – добавил Джулиан, взглянув на нее через плечо. – Судя по тому, что я слышал, мало кто хочет там служить.
– А как насчет тебя? – выпалила она в ответ. – Кузнецы славятся своим кодексом чести и искушенностью в боях. А ты обычный похититель, ничем не лучше тех бандитов. Так ты настоящий кузнец или марионетка какого-то надутого политика?
Джулиан отвернулся от нее:
– Ты ничего обо мне не знаешь.
Так и было. Но, несмотря на все обвинения, что он бросал в ее адрес, Рен подозревала, что и сам Джулиан был кем-то важным, раз его пытались убить. Будучи кузнецом, он мог стоять в ряду с теми, кто теперь правил на Землях Пролома. Вполне возможно, он являлся единственным представителем своего рода.
– Тогда расскажи мне о себе.
