Прежде чем Рен успела среагировать, некромант поднял шип одной рукой, а другой достал из-за пояса маленький молоток. Нацелившись в центр лба ревенанта, он вогнал шип одним точным ударом. Послышался треск кости. Знания Рен о жнецах всегда были обрывочными, но она была совершенно уверена, что шип проткнул духовные нити ревенанта.
Нечеловеческий вопль наполнил тишину, отразившись от стен болезненным каскадом.
Рен закрыла уши руками, хотя Джулиан остался невозмутим. Он с беспокойством уставился на нее, но девушка предпочла стиснуть зубы и наблюдать за тем, что происходило внизу.
Очевидно, испытывая боль, ревенант протянул к шипу руки в перчатках, начал дергать и царапать, но мальчик остался равнодушен к его попыткам.
– Остановись, – приказал он едва ли не безразлично, и ревенант замер.
Некромант, осторожно наклонившись вперед, рассматривал результат своей работы. У Рен сложилось впечатление, что что-то пошло не так.
Действительно, появились струйки призрачного света, и мальчик что-то пробормотал себе под нос. Если шип пересек духовную нить, это должно было отделить призрака от его тела. Но, по-видимому, маленький некромант рассчитывал не на это.
Когда прямо у них на глазах дух начал высвобождаться, клубясь в доспехах подобно пару, мальчик снова занес свой молот. Не обращая внимания на призрака, он аккуратно прицелился и со звоном ударил по шипу, вогнав его на полдюйма глубже. Рен предположила, что слишком сильный удар разломит череп пополам, но этого не произошло.
Визг прекратился, и мальчик с явным облегчением опустил плечи.
Неуклонно рассеивающийся призрак застыл в воздухе.
А потом впитался. Железные доспехи всосали его точно воду, стекающую в канализацию.
Каким-то образом мальчик побудил дух вернуться, переделал духовную нить. Соединил призрака с его телом с помощью привязанной кости.
Волна света вырвалась из ревенанта, пронзив железо насквозь так же, как магия пронзила тело мальчика, а затем весь свет, за исключением свечения самого призрака, погас. Даже внутренний свет некроманта исчез. Его магия, по-видимому, иссякла.
Тяжело дыша, мальчик взял последний элемент брони – шлем. Когда некромант надел его на пробитый череп послушного ревенанта, железо со звоном ударилось о шейный позвонок. В шлеме не было ни отверстий для глаз, ни прорезей для рта, потому что ревенант определенно больше не нуждался ни в том, ни в другом. Вокруг все погрузилось в темноту.
– Иди, – прохрипел мальчик и опустил голову, даже не потрудившись взглянуть на собственное творение. – К остальным. В Кастон. Найди ее. Повинуйся ей.
К другим? Как много таких призраков он уже успел создать?
Железный ревенант немедленно повиновался. Лязгая доспехами при каждом шаге, он покинул тронный зал через дверь, расположенную где-то в задней стене.
– Мы должны проследить за ним, – сказала Рен, хотя какая-то ее часть отчаянно хотела поговорить с мальчиком, расставить все по местам. Тем более что некромант остался совсем один…
– Пошли, – сказал Джулиан, поднимаясь на ноги. – Нам нужно…
Когда Рен попыталась встать, то задела кусок щебня ботинком. Камешек скользнул по земле, а после скатился по широкой лестнице, громко ударяясь о каждую ступеньку.
Рен замерла, но было уже слишком поздно. Некромант вскочил на ноги и, прищурившись, оглядел галерею. Их глаза встретились – ее белые, как кость, и его зеленые, словно свет, исходящий от призраков, – и мальчик заговорил голосом, гремящим от оставшейся в нем силы.
– Нарушители границы, – произнес некромант, и Рен подумала, что он обращается
Слова мальчика все еще звенели в тишине… пока зал не наполнился новыми звуками. Царапанье, топот, глухой стук… Вдоль галереи, из теней коридоров, комнат, целого крыла здания, окутанного тьмой, начали выплывать пятна света. Их появление побудило магию Рен проснуться, и чувства девушки вспыхнули подобно фейерверку.
Они с Джулианом направились к двери, но несколько призраков преградили им путь. Не все из них тянули за собой свои кости. Некоторые определенно были духами, чьи тела покоились где-то в этом наполненном магией месте, другие же, несомненно, являлись гейстами, призывающими ветра и рассеивающими пыль и гальку.
Джулиан инстинктивно поднял свой посох, хотя знал, что лучше им не замахиваться. Нежить не нападала, а кружила вокруг них, как стая волков, ведь некромант приказал остановить их, а не причинять им вред.
Рен подняла костяной меч. Ей нужно было только расчистить путь к источнику, но когда девушка качнулась из стороны в сторону, нежить набросилась на нее сзади и разделила их с Джулианом.
Рен подумала обо всем, чему ее учили. Ее тренировали, чтобы сражаться в паре и защищать своего подопечного, но она только что позволила им разделиться.
С выражением отчаяния на лице Джулиан снова поднял свой посох.
– Не надо, – предупредила Рен, боясь, что любое резкое движение может спровоцировать нежить атаковать.
Обычно это она была безрассудной, на что Джулиан не забывал указывать, но теперь на лице кузнеца ясно читался ужас. Он не мог мыслить здраво.
