— Просто…, Просто, я тебе не нужна такая! — сказала она почти шепотом.
— Какая такая? — изумился я, попав опять в какой-то сумасшедший заворот женской логики.
— Ну после того что… после того что было там… — в глазах ее заблестели слезы, и с трудом подбирая слова она продолжила: — Я ведь помню все, Ал. Они меня сильно избили! А потом… — и отвернувшись к стене, она закончила: — Тебе не нужна такая.
Сказать, что я был ошарашен, значит, ничего не сказать. Я просто онемел, и какое-то время глупо таращился на эту плачущую девушку. А когда наконец, до меня дошло, о чем речь, я тихо спросил:
— Лиза, прости. А тебе это не могло, приснится? Ведь на самом деле ничего такого, о чем ты говоришь, не было. Я сам нес тебя на руках к Лике с подружками, и прекрасно видел. На тебе не было ни одной царапины. И одежда на тебе вся была целая. Да и девчонки подтвердят. О чем ты?
— Я так и знала, что ты посчитаешь меня сумасшедшей. Но я помню все. Помню. Понимаешь? И неважно, что скажут девчонки. Я ведь не зря в мед капсуле столько пролежала. Видно была на то причина! — и отложив ложку, она закрыла лицо руками, повторяя: — Это было. Это было.
Я, честно говоря, не знал, как утешить ее. И рассказывать все этой, пусть и отличной девчонке, не хочется пока. Но и оставаться равнодушным к мучениям Лизы я тоже не мог.
Поэтому, вспомнив, компромисс, который нашел на суде Приторий, я рассказал ей все как было. Не упомянув лишь о главном.
Лиза долго слушала не перебивая, а затем, заглянув мне в глаза, сказала:
— Чтобы это ни было, своим спасением я обязана тебе! И я прекрасно понимаю, во что это тебе вылилось! Поверь Алекс! Я никогда этого не забуду! — и положив свою маленькую ладошку поверх моей, добавила: — Ты очень видный парень Ал. И я прошу тебя лишь об одном, не спеши заводить здесь гарем! Я уверена, что наши девушки уже спорят, кто из них первая будет твоей. Но ты еще ничего здесь не знаешь. А у нас тут свои, особые правила. И нарушать их запрещено даже высокостатусным. Разреши я помогу тебе разобраться во всем? А то наши сборщицы тут же обяжут тебя жениться. И причем сами тебе невест и выберут.
— Ого! Это как так? — опешил я от такого беспредела, — Я чего тут вообще права слова не имею?
— Наоборот. Ты для своих жен будешь и царь и бог. Но пока ты не женат, здесь у тебя, как бы это сказать, низкий порог сознательности! — смущенно объясняла мне Лиза.
— То есть? Как низкий порог сознательности? Я что, типа ребенок? И добрые дяденьки и тетеньки будут решать за меня на ком я должен жениться?
— Нет. Они, конечно, спросят тебя. С кем ты хочешь быть. И скольких жен ты планируешь иметь.
— Ага! Уже спрашивали! — ввернул я, — Не успел в кабинет к этим курицам войти, как спросили! Да так подробно! Чуть только в штаны не заглядывали!
— Ну вот, — продолжила она, — это была предварительная беседа. А потом, новенького вызовет Арий, и убедит тебя в том, что одному трудно. И что мужчина это опора общества. И что тебе надо срочно взрослеть. А для этого нужно обязательно жениться. И что у него есть на примете три, а может и все пять замечательных девушек. И он настойчиво рекомендует именно их, как самых добрых и порядочных сборщиц. И поверь! Он будет очень убедителен. И мисс Лильен, главная жена нашего патриарха, будет тоже очень убедительна, предлагая тебе не отказываться.
— Ну и? Соглашались в итоге?
— В том то и дело. Еще ни разу никто не отказался! — ответила грустно Лиза, — А знаешь, как отбирают новых невест? Все они проходят через спальню патриарха. И если претендентка сможет ублажить его, то муж ей гарантирован. А отказать Арию у нас тут значит подписать себе приговор. Чревато бывает серьезными последствиями. Я вот посмела. И сам видишь. Эти солдаты, схватили меня на восемнадцатом этаже, когда я выходила из своего модуля. И притащили меня на пятый, дабы сослаться на то, что я одна из тех, кого ловили в тот день. И если бы не ты. Они обязательно меня убили бы. У нас здесь уже столько девушек пропало.
— И какой у меня выход? Если я сейчас тут просто ребенок по вашим меркам? — спросил я раздраженно, — Куда мне деваться? Если начнут действительно гарем потасканных девок навязывать?
— Ал. Не психуй! — накрыла она успокаивающе меня второй ладошкой, — Можно избежать всего этого… — и опустив глаза, сказала: — Но я не могу тебе этого предложить. Иначе все будет выглядеть очень некрасиво.
— Да о чем ты Лиза? Я не хочу ни какого гарема! У меня есть девушка. Я люблю ее. И вообще, что это у вас тут за порядки? — и в раздражении высвободив пальцы, поднявшись, стал ходить туда-сюда, нервно подпрыгивая из-за не успевшей адаптироваться мышечной системы, от чего еще больше раздражаясь.
А когда я наконец, повернулся к бедной девчонке, Лиза вновь уткнувшись в ладони тихо плакала.
Я понял, что поступаю по-свински с этой прекрасной девушкой, поэтому подойдя, сгреб ее легкую и теплую в охапку, и сев на кровать, усадил, почему-то напрягшуюся к себе на колени.
— Ну, прости меня! — прижал я ее к себе, — Прости! Я не хотел тебя обижать! Просто я сейчас в таком состоянии…
