Собравшиеся снисходительно заулыбались, в толпе возникло оживление. Все это сказанное сквозь туман в сознании, оказалось единственно верным на тот момент, и как впоследствии выяснилось, сыграло не маловажную роль в моей дальнейшей судьбе. Все вокруг зашевелились, задвигались. Нимфы и одетые в белое юноши, веселой толпой сопровождая нас, направились к тому самому, увиденному мной ранее зеркальному зданию. И вот, сквозь высоко нависающие над дорожкой ветви деревьев, постепенно стали проступать его огромные, уступом поднимающиеся ввысь стены. Сверкающее своими гранями, оно походило на вытянутую пирамиду. Верхушку его украшал такой же зеркальный купол со шпилем. По сторонам от дорожки, тут и там, попадались различные строения. Беседки без крыш, белые, увитые растениями, вымощенные такими же белыми плитами площадки, на которых виднелись столы и стулья, окаймленные яркими клумбами. Различные скульптурные композиции, скамьи, фонтаны, самых удивительных форм, и прочее, что казалось каким-то вычурным и аляповатым. Ступая босыми ногами по прохладным, слегка шероховатым плитам, сопровождаемый разномастным эскортом, я с любопытством разглядывал все попадающееся на пути, и только сейчас заметил, что присутствие рядом такого количества народа, не мешает видеть все вокруг. Я был выше многих, по крайней мере, на голову. Это почему-то напомнило тех черных воинов. И мысль о том, что за сила сковала меня там на поляне, отвлекла от благостных картин. Нужно было срочно собраться, и быть готовым к любым неожиданностям, которые естественно, не заставили себя долго ждать.
Настроение, если конечно в том состоянии у меня вообще могло быть нечто подобное, постепенно портилось. Я попытался вспомнить, что говорил мне юноша в красном, явно наделенный здесь какой-то властью, и с нехорошим предчувствием осознал: «весь его сдержанный монолог был одной сплошной угрозой. Первое что нужно выяснить, кто этот бледнолицый товарищ, и чего он от меня хотел? Узнать, что это за место, как я здесь оказался? Кто все эти люди? Как нужно вести себя с ними?»
Однако невзирая на все усилия собрать разбегающиеся мысли, в сознании по-прежнему клубился туман из каких-то образов и обрывков фраз. Мир вокруг оглушал. В голове творилось нечто неописуемое. То с огромной скоростью проносились мысли о нереальности происходящего, то медленно, словно из туманной дали, проступало осознание чего-то грандиозного и страшно важного. Но ухватить это ускользающее нечто, просто не было сил.
Рядом со мной, весело переговариваясь, очаровательно улыбаясь и откровенно строя глазки, шумной компанией следовали чудесные создания. Эти дивные существа, грациозно ступая босыми ножками по белым плитам, являли собой воплощение красоты и совершенства. Распущенные волосы, идеальные фигурки, правильные черты лица. Казалось, каждая из них — это личность, абсолютно гармоничная и самодостаточная. Я понял это, когда заглянул в восхитительные зеленые глаза одной такой личности, и споткнувшись, едва не повалил впереди идущих, вызвав при этом бурю восклицаний, понимающих улыбок и смеха. Оглянувшись на Романа, я заметил, что парни тоже вовсю веселятся, но почему-то на девушек глядят как-то равнодушно. Словно такая картина здесь, элемент привычного и давно устоявшегося быта. Чуть поодаль следовала толпа молодых людей в белых одеяниях. Но ни юноши в красном, ни того со стеклянным посохом нигде не было видно.
Внезапно деревья расступились, и впереди открылся ошеломляющий вид на то самое, огромное здание. Больше всего оно походило на вытянутую пирамиду. Зеркальные стены, были разделены на правильные многоугольники. Строители явно хотели показать, что это сооружение не имеет ничего общего с окружающей действительностью. Казалось, обычные законы вселенной над ним не властны. И еще, в общем рисунке этих зеркал, отражающих под разными углами, то бирюзовое небо, то высокие раскидистые деревья, то прилегающую площадь, угадывалось нечто знакомое, но в тоже время таинственное и странное.
Зрелище завораживало. Я впал в какой-то ступор, и лишь чье-то похлопывание по спине привело меня в чувство. Это оказался Роман. Он стоя позади, растерянно выглядывал кого-то из толпы. Только тут я понял, что, раскрыв рот, стою посреди огромной площади, а вокруг, собралось не меньше тысячи народу. В глазах снова зарябило. Яркие балахоны, цветастые платья, непонятного покроя накидки, странные шляпы. Все здесь выглядели так пестро и празднично, что на этом фоне, в своем серо-голубом мешке я выглядел нелепо.
Однако, никто не смеялся. Улыбки на лицах присутствовали, но в основном открытые и даже ободряющие.
