Но перед этим был праздник! Офицеры «Пурги», обрадованные тем, что впервые за много лет службы им в этот раз удастся встретить Новый Год дома, предложили командиру собраться одной большой офицерской компанией у кого-нибудь на квартире. И только потом сообразили, что в квартире накрыть стол на тридцать пять человек не представляется возможным. Пришлось командиру договариваться с замполитом дивизиона. Тот разрешил воспользоваться помещением клуба, в котором иногда и до этого накрывались большие столы по поводу каких-нибудь знаменательных дат. Первоначальная идея отпраздновать 1961-й всем экипажем постепенно превратилась в затею большего порядка. Оставшиеся в праздник на берегу моряки-офицеры с других кораблей дивизиона напросились в большую компанию и общее их число после этого возросло почти до ста человек вместе с жёнами. Вот это был праздник! Как танцевал с красавицей женой командир! В вальсе им равных соперников не было. А какими продуктами завалил стол начальник интендантской службы! Слышал бы кто со стороны, как пели моряки свои любимые песни после того, как закончился второй ящик «огненной воды»! А потом опять танцевали, поднимали бокалы за флот и за любимых… Праздник мог бы продолжаться ещё долго, но ровно в пять утра комдив сказал – хватит! А они не послушались и продолжали праздновать, разбредясь по квартирам. Праздновали, потому что знали, что такого праздника в следующий раз придётся ждать несколько лет.
Во вторую неделю января корабль покинул базу и отправился в Берингов пролив, отделяющий Америку от Советского Союза. После ситуации с «Кузькиной матерью» и, что было ещё хуже, с ботинком Никиты Сергеевича во время его выступления на пятнадцатой ассамблеи ООН, отношения между бывшими союзниками пришли в состояние полного раздрая. Теперь обе страны вовсю бряцали оружием друг перед другом, тем самым доказывая преимущество одной политической системы перед другой. «Пурга», курсирующая по проливу с юга на север и потом с севера на юг, именно этим и занималась, попутно распугивая и отлавливая браконьеров. В основном, Японских.
Марина, помня о том, что в этом году «сачкануть» сессию не удастся, занималась добросовестно, подавая пример сыну, который уроки делать очень не любил. Кувыркаться и бегать на тренировки – вот это ему было по нраву, независимо от времени года и дня недели. Обильные снегопады закрывали школы и нарушали автобусное сообщение между Солёным озером и основным городом, где располагалась спортивная секция и музыкальное общеобразовательное заведение Петропавловского на Камчатке горисполкома. Ну и пусть! Зато теперь можно было весь день прямо с крыши дома прыгать в трёхметровый, а то и в четырёхметровый снег, рыть в нём «подземные» ходы и строить фортификационные сооружения для ведения боевых действий против пацанов из Кислой ямы. Свободные от несения пограничной службы в море матросы, сошедшие во множестве со своих кораблей, под руководством мичманов чистили от снега дороги и территорию вокруг домов.
Мама Марина пропадала в своей аптеке, а Володя учился жить самостоятельно, научившись готовить себе яичницу и бутерброд с чавычей или красной икрой. С сёмгой тоже научился. А вот сыр и копчёная колбаса были роскошью. Достать их в Петропавловске было невозможно. Эти деликатесы привозили с «Большой земли». Марина обычно тоже тащила полную сумку, и этого хватало надолго. Ещё он умел заваривать чай и варить картошку… Чистить и потом жарить на сковородке пойманную им самим рыбу, в основном, камбалу, он не умел. Это делала мама, когда возвращалась из аптеки или вставала из за стола, заваленного учебниками.
Кстати, о рыбалке. Так же, как и в Кувшинке, самым простым и распространённым способом было ловить рыбу на морского червяка или кусочек той же рыбы на удочку с причала. Ловилась камбала, но иногда попадались небольшого размера палтусы. Настоящие рыбаки предпочитали другой способ… Они шли на катере до выхода из Авачинской бухты, а потом налево, обогнув мыс Маячий, продолжали идти по одноимённому заливу вдоль берега до устья одной из впадающих в залив речушек, кишащих лососем. Далее, удача была более благосклонна не к тем, у кого более дорогие или исскусно сделанные снасти, а к тому, кто лучше управляется с гарпуном или самодельным трезубцем. В общем, подобная рыбалка заканчивалась кровавым избиением, подобным тому, которое медведи Гризли устраивают лососю, идущему вверх по течению в реках Аляски. Рыбу потом солили или вялили, а икру… А икру – как когда. Иногда солили, но чаще выбрасывали, потому что и без того уже надоела.
