– Как – каких? Я же видел, как ты общаешься с принцем Рунном и его друзьями. У тебя есть подружка. Да и с волками ты в хороших отношениях… Но почему не с ангелами?
– Мы с Исайей в хороших отношениях.
И с Наоми тоже.
– Я про других солдат. Про рядовой состав. С ними ты не дружишь?
– А какого Хела тебя это волнует?
Баксиан качнул крыльями.
– Просто хочу знать, как все сложится у меня. Какой жизни здесь мне ожидать.
– Это целиком зависит от тебя, – ответил Хант, открывая дверь.
В ноздри ударил спертый воздух. Пахло пылью. Хант с тоской вспомнил запах кофе, наполнявший квартиру Брайс.
Обернувшись, он увидел, что Баксиан всматривается в его пустую, неуютную комнату. Комната самого Баксиана была ничем не лучше.
– Вот и жизнь у меня была такая же, – сказал ему Хант.
– Какая?
– Пустая.
– А что произошло потом?
– Я встретил Брайс.
Баксиан слегка улыбнулся. От улыбки веяло грустью. Неужели Изверг тяготился одиночеством?
– Сочувствую, что тебе придется столько дней провести в разлуке с нею.
В голосе Баксиана не было ни тени насмешки.
– Селистена тебя тоже наказала? – сощурился на него Хант.
– Нет. Она приписала мой уход твоему дурному влиянию и сказала, что наказание должен понести ты.
– Вполне справедливо, – усмехнулся Хант.
Он закрыл дверь комнаты и быстро оценил имеющийся там арсенал и гардероб.
Когда он снова вышел в коридор, дверь комнаты Баксиана была по-прежнему открыта. Изверг сидел за сосновым письменным столом и просматривал какие-то бумаги. Интуиция требовала от Ханта пройти мимо и не заговаривать с тем, кто десятками лет был ему скорее врагом, нежели другом. Однако…
– Что читаешь? – спросил Хант, упираясь рукой в косяк.
– Текущий отчет по новобранцам. Смотрю, есть ли перспективные ангелы, годные для наших рядов.
– Ну и как?
– Ни одного.
– Такие, как мы, не попадаются на каждом шагу.
– Это уж точно, – ответил Баксиан и снова уткнулся в отчет.
На Ханта подействовала тишина коридора и комнаты. Подталкивала его к действиям. В мозгу зазвучал голос Брайс: «Давай попробуй. Это не смертельно». Брайс повелевала им даже в воображении. И потому Хант сказал:
– До конца обеденного перерыва еще минут двадцать. Хочешь, поиграем в ОЛСМ?
– Во что? – повернулся к нему Баксиан.
– Ты и самом деле ничего не знаешь о современной жизни?
Баксиан тупо посмотрел на него.
– ОЛСМ – это «Объединенная лига солнечного мяча». Так называется видеоигра. Ты можешь играть за любого игрока каждой команды. Это увлекательно.
– Я никогда не играл в видеоигры.
– Я уже догадался, – улыбнулся Хант.
Баксиан посмотрел на него. Хант ждал услышать отказ, однако Баксиан сказал:
– Почему бы нет? Давай сыграем.
Хант повел его в гостиную триариев.
– Только потом не жалей.
Предупреждение оказалось не напрасным. Уже через десять минут Баксиан ругался сквозь зубы, сжимая в руке джойстик. Пальцы его не слушались. Хант осторожно подталкивал его виртуального игрока.
– Неважнецки, – сказал Хант. – Хуже, чем я думал.
– Чушь какая-то все это! – прорычал Баксиан.
– Однако ты упрямо продолжаешь играть.
– А что мне остается делать? – засмеялся Баксиан.
Хант подвел итог игры:
– Играть против новичков – никакого удовольствия.
– Дай мне денек, и я размажу тебя по стенке.
Баксиан вцепился в джойстик. Его игрок устремился к стойке ворот, ударился о них и отлетел в сторону, распластавшись на траве.
– Пожалуй, тебе понадобится пара дней, – усмехнулся Хант.
– Может, и так, – буркнул Баксиан, искоса посмотрев на него.
Они играли, пока часы над дверью не показали двенадцать.
– Пора за работу? – спросил Баксиан.
В соседних комнатах было тихо.
– Если не пойдешь, я никому не скажу, – пообещал Хант.
– Я ведь тоже умею держать язык за зубами. И утром это доказал.
– Я до сих пор пытаюсь понять твое поведение. Я помню другого Баксиана.
– Не хочу враждовать с тобой.
– Вот я и не понимаю почему.
Баксиан снова направил своего игрока к воротам, и того опять отбросило на поле.
– Жизнь слишком коротка, чтобы помнить прошлые обиды.
– Это недостаточная причина.
– Другой назвать не могу. – Баксиану удалось завладеть мячом на целых десять секунд, пока игрок Ханта не отобрал мяч. – Тебе так трудно поменьше крыситься на меня?
Хант решил оставить тему. Боги свидетели, когда он только приехал сюда, ему вообще не хотелось ни с кем говорить, и причин было предостаточно. И те же боги свидетели, сколько всевозможных гадостей он делал по приказам Сандриелы. Может, самому жить по принципу, озвученному в кафетерии? Сандриелы больше нет, и нечего позволять ее призраку управлять жизнью каждого из них.
– А чем же мне тогда развлекаться? – неуклюже пошутил Хант, свирепо улыбнувшись Баксиану.
– Ничего себе сюрпризик, – пробормотала в телефон Брайс, растянувшись на кровати. – Тебе совсем запрещено покидать казарму?
– Можно только по делам Тридцать третьего легиона. Я успел забыть, насколько тоскливо жить в казарме.
– Унылая комнатка, где ни одного плаката.
В ухе Брайс загремел его смех.
– Я постараюсь быть пай-мальчиком. Глядишь, и выйду по амнистии.
– Мне теперь не с кем смотреть «Интрижку в пляжном домике». Слушай, а разве я не могу приехать к тебе?
