– Слишком поздно выливать алку[6] обратно в бутылку, – он повысил голос, но вскоре снова взял себя в руки. – Те солдаты, созданные из нежити… Мы не можем их остановить. Но она может. Так что либо ты позволишь мне пойти и завладеть этой силой, либо нам придется наблюдать, как Владения разрывают на части.
– Разве не этого ты хотел? – спросила Светлана, со стуком откладывая столовые приборы.
– Ты же знаешь, что нет! – выплюнул он в ответ. – Я лишь хотел вложить в руки регента веревку, на которой он мог бы повеситься. Позволить ему похитить принца, запросить немыслимый выкуп… Я планировал второе Восстание, а не
Светлана разразилась жестким смехом.
– Если не ошибаюсь, ты потерял свой путь к спасению, свой козырь и свою дочь задолго до моего приезда.
– Не смейся надо мной, – заявил Вэнс дрожащим от едва сдерживаемой ярости голосом.
Глаза Светланы вспыхнули, веселость испарилась.
– Не смей мне
Глаза Вэнса стали невероятно светлыми.
– Я доложил о случившемся. С чего бы кому-то верить
– Слышала я твой
Вэнс опустил голову, а когда снова поднял ее, на его лице ничего не отражалось.
– Ты об этом письме? – с легкостью уточнил он. Вынув руки из-за спины, он показал Светлане листок бумаги. Впервые женщина выглядела взволнованной. Она осмотрела комнату, но в какой бы сумке или сундуке она ни спрятала это послание, теперь его там точно не было. – Одиль уверила меня, что в письме не было ничего интересного. Ничего о Равенне, моей сделке с регентом или Рен. – Он вздохнул. – Получается, она солгала.
Вэнс подошел к ближайшей свече и, прежде чем Светлана успела открыть рот, подставил письмо так, чтобы пламя охватило бумагу.
– Можешь уничтожить его, но правда не умрет вместе с Одиль. Гален жив и здоров.
– Забавно, что Одиль знала, что я во всем замешан, а вот Гален нет. Однако он знал, что имеет дело с Домом Костей. Кто еще мог доставить Рен Грейвен в Крепость? Чисто технически
Светлана побледнела так, что вкупе с глазами костолома и светлыми волосами стала совсем бесцветной.
– И как ты только что заметила, я не делаю ничего без
Вэнс горько усмехнулся.
– Если я пойду ко дну, мамочка, ты утонешь со мной.
Светлана все еще не произнесла ни слова, хоть и сжала руки в кулаки.
– Так что же ты сделаешь? Погубишь нас обоих или просто уберешься с моего пути?
За этим последовало еще одно молчаливое мгновение, пока Светлана наконец не опустилась на стул, так ничего и не сказав.
У Инары сердце ушло в пятки. Вэнс улыбнулся, изобразил уважительный поклон и удалился из комнаты, оставив позади свою мать и единственный способ, с помощью которого Инара могла бы его остановить.
Инара перепрыгнула на соседний балкон и осталась в пустой комнате до утра.
Она проскользнула в шумный зал, чтобы услышать новость о том, что «сбитые с толку» члены патруля, которых
Все обернулось полной катастрофой.
Для Инары пришло время выбора. Она могла отступить, как Леди-Мастер Светлана. Поступить так, как всегда поступала, – поставить во главу угла инстинкт самосохранения. Действовать согласно правилам. Следовать приказам. Быть хорошим и верным костоломом.
Или же поступить так, как считала правильным… Даже если это было еще более опасно и глупо, чем все, в чем она когда-либо упрекала Рен.
Последние несколько дней Инара вела себя как Грейвен… Так почему бы не продолжить в том же духе?
К тому же она, так и не добившись цели, ненавидела останавливаться на полпути.