— Да опоздала она, — услышала я нарочито безразличный голос Касси. — Незаметно проскользнула, как всегда.
Я прислонилась лбом к двери и мысленно порадовалась, что Касси, несмотря на нашу с ней размолвку, все еще защищает меня, пусть и машинально. Подслушивать было нехорошо, но остановиться я уже не могла. Я снова поймала себя на мысли, что большинство моих поступков в последнее время объясняется именно этой фразой. Но ужаснуться не успела.
— Что, никого не волнует, где она все время шляется? — подала голос Лоретта. — При этом ей все сходит с рук… Кое-кто тут точно замешан. Я вам гарантирую.
«Гарантируешь ты, конечно же!»
— Думаешь, она с Шарпом, да? — поинтересовалась какая-то девчонка. — И никому не интересно, что там у них происходит?
— А остальным-то что? — снова вклинилась Лоретта. Я представила себе, как она, развалившись на кровати, лениво смотрит в потолок. — Девка она симпатичная, плюс еще и деятельная очень…
— И все-таки, когда они успели? — протянула еще одна девочка, скорее всего, откуда-то из угла. — Он же не преподаватель…
Я напряглась. Из всех, кто находился в комнате, ответ на этот вопрос знала только Касси, и почему-то я испугалась этого. Она могла запустить эту информацию дальше. Она имела на это право.
— Да ладно вам, еще на посвящении все видно было, — Почему-то я ясно представила, как Лоретта демонстративно махнула рукой. — Как они друг на друга смотрели… Кстати, накануне! Никто не заметил, что Темпл до ночи где-то шаталась, а Шарп на обходе не появился?..
В следующую секунду я распахнула дверь.
— Привет, народ.
Еще несколько мгновений я могла любоваться выражениями, застывшими на их лицах, но затем и это перестало приносить мне удовольствие. То, что произошло ночью накануне посвящения, должно было оставаться между мной и Шарпом, даже несмотря на то, что это правило уже было нарушено несколько раз… Кажется, я зашла вовремя: они не успели обсудить все мои грехи. Только половину, а то и меньше. На самом же деле в моем послужном списке было еще много интересного.
— Поужинала? — спросила Лоретта как ни в чем не бывало. — Досталось хоть что-нибудь, старший солдат? Эх, не ценят они тебя…
— Но тебе и неважно, так ведь? — фыркнули откуда-то из дальнего угла. — Тебя же есть кому ценить…
По усмешкам, появившимся на их лицах, я поняла: все вышло за рамки обычных женских сплетен. Я могла подыграть им, а могла начать отпираться, при этом лишь привлекая к себе внимание. Да и что я могла сказать? Что между нами ничего нет, а все это — лишь попытка выделиться?..
— Да, меня здесь ценят, — сказала я, пройдя к шкафу. — Причем те, о ком вы даже не догадываетесь.
— Представь себе, догадываемся, — прошипели мне в спину.
Я все еще не оборачивалась. Внезапно кто-то подошел и резко схватил меня за руку. Дернувшись, я развернулась и увидела Касси.
— Пойдем отсюда, — сказала она тихо.
Билжайшей дверью была дверь душевой, и мы зашли туда. Вернее, Касси зашла и затащила меня следом. Я облокотилась спиной на дверь кабины, все еще не понимая, чего от меня хотят.
— Ты же понимаешь, да? — Касси сложила руки на груди и взглянула на меня как-то исподлобья. — Ты же понимаешь, кто виноват? А я тебя предупреждала, Тара Темпл. Ты добилась того, чего хотела?
— А ты знаешь, чего я хотела? — парировала я. — Слушай, если ты собираешься просить меня остановиться, то не надо. Мне плевать, о чем судачат эти сплетницы. За это можешь не переживать.
— Спасибо, и без тебя понимаю, — невесело усмехнулась она. — Тара, я не об этом. Я о том, что случилось в зале. Тебе не кажется, что это было… ну… предупреждение?
— Предупреждение? — переспросила я. — Послушай, ты не знаешь того, что знаю я. Все зашло слишком далеко, Кассандра. Можешь пророчить мне все, что угодно, но это уже никого не спасет.
— Никого не спасет… — повторила она медленно. — Все, хватит этого. Давай начистоту. Что с тобой случилось?
Я вздохнула и опустила глаза в пол. В воздухе стояло ощущение короткого затишья, которое мне предстояло разрушить. Да, я могла развернуться и уйти, потеряв при этом Касси, и я могла сделать вид, будто все в порядке, потеряв при этом Шарпа. Я не хотела ни того, ни другого.
Мне предстояло потерять себя.
— Касси, не со мной, — сказала я тихо. — А с ним.
— И что на этот раз? — Она стояла передо мной, и ничего не дрогнуло в ее непривычно спокойном и бесцветном лице. — Он причинил тебе боль? Он что-то сказал тебе, да?
— Да, но… но он не виноват, — вырвалось у меня. — Это все из-за той лестницы, слышишь меня? Доктор Уоллис не может ему помочь, не может его вылечить. И он… — Я подняла глаза и постаралась запомнить тот последний момент спокойствия перед еще одной чертой. — И он собирается подать в отставку.
— Что?..
Я отступила на шаг и выставила ладони вперед, будто защищаясь. Зря я это сказала, совершенно и необратимо зря. Но отступить уже не представлялось возможным. Все, что мне оставалось — это не допустить, чтобы Касси запустила эту информацию туда, куда ее нельзя было запускать. То есть — в сектор.
— Касс, прости.
