– А вот и нет! Те файлы, что нужно держать в тайне, распечатывают и хоронят в соседней комнате, делая это втайне даже от меня – заместителя начальника архива.
У адвоката заблестели глаза. Он бегло просмотрел несколько листов и испытал настоящее потрясение. Приказы и контракты, подписанные лидером всей секты, переписка, и прочие компрометирующие вещи.
Ал никак не мог унять своё желание рассказать больше о своей находке.
– Им не уйти от правосудия, если ты эффектно предоставишь доказательства убийства посреди заседания. Твой напарник не придумает оправданий, а судье и присяжным, будь они хоть трижды куплены, придётся их признать!
Куртин довольно соглашался, отказываясь думать головой. План его показательного выступления строился на удаче, но до сих пор ему везло. Вера в успех затмила любые логические потуги, и адвокат со стажем даже не попытался основательно подумать о том, как это будет выглядеть в реальности.
– Процесс закончится в тот же день, и закончится н нашей победой. Суд не устоит под напором доказательств, ему придётся признать вину Дома. Я передам остальные документы обвинителю и прессе, а сам покину суд под охраной полиции. Ты укроешься в лесах буквально до вечера, и вернёшься оттуда человеком свободным и обласканным.
В тот момент, и Ал, и Куртин ощущали прилив гордости за себя, за свою смекалку и самоотверженность. Им удалось перехитрить организацию убийц, обманом подточить основу тоталитарной секты, а значит, у них было полное право помечтать о том, что случится после их окончательной победы.
Даром, что самая тяжёлая часть ещё впереди.
***
Рихтер брёл по дорожке, проходящей неподалёку от стены, в поисках человека для беседы. Он не отлынивал от своей работы, а лишь позволил себе расслабиться на какие-то секунды, наслаждаясь прохладой в тени деревьев. Это приятное чувство внезапно прервалось, когда кто-то окликнул его. Обернувшись, адвокат встретил перед собой самого Томаса Шпилера. Это был статный человек с бородкой и длинными волосами, которые только подчёркивали мужественность грубых изгибов лица, предпочитавший носить сшитый по-военному костюм. Однако несмотря на армейскую внешность, выправку и организованность, Шпилер был красноречив и интеллигентен, хотя и предпочитал немногословность.
– Рад встрече, мистер Рихтер. Жаль только, что обстоятельства не шибко приятные.
Адвокат не раз встречался с вождём секты на приёмах у Уэйна, и всегда был рад его обществу, но последняя фраза была слишком настораживающей, чтобы это походило на светскую беседу.
– Вы беспокоитесь из-за суда?
– Да, но не так, как вы думаете. Двадцать минут назад, ваш коллега встретился с заместителем начальника архива Алом Дугласом – его кузеном по линии матери.
– Кузеном? Неужели, всё это время он пытался отговорить родственника от членства в Доме?
Шпилер отрицательно покивал головой.
– Они отыскали наши секретные документы и готовятся опубликовать их во время суда. Эти двое обсуждали свои планы вслух, не таясь. Представьте себе, даже не проверили наличие камер.
Рихтер опешил, он совершенно не ожидал такого поворота событий.
– Вам придётся от него… избавиться?
– Мне бы не хотелось, чтобы мои интересы представлял настолько самоуверенный и недалёкий человек. – Шпилер издал скупой смешок, дав понять, что это была шутка. – Я уже говорил с Уэйном, и он посоветовал обратиться к вам. Переубедите его, и мы не будем возражать. Его кузен будет под наблюдением до тех пор, пока не сделает что-то вопиющее.
– Понимаю. Я полностью доверяю вам.
Лидер улыбнулся и протянул адвокату руку.
– А я полностью доверяю вам. Мы справимся с этим.
Когда Шпилер скрылся за изгибом дорожки, Рихтер присел на скамейку, обдумывая услышанное. Сквозь профессиональное безразличие пробились эмоции, которые стареющий адвокат не надеялся испытать.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Уэйн и Рихтер познакомились пять лет назад, когда Дом Нового Полудня, обретя влиятельного инвестора, стал «альтернативным религиозным сообществом». Уэйн представлял интересы этих самых инвесторов в качестве надзирающего директора. Говоря упрощённо, в его обязанности входил контроль за поступлением прибыли и обеспечение чистоты организации в глазах закона. В офис управления делами секты входили проверенные бухгалтера и финансисты, но делом первостепенной важности был поиск адвокатов.
Для имущественных конфликтов была нанята целая коллегия, но существовала также очень перспективная мысль о найме в штат постоянного и проверенного адвоката на случай какого-нибудь «случайного» убийства. Рихтер был надёжным профессионалом, которому можно было доверять, а для организации это был самый надёжный выбор.
