Но это было не так. Юань не смог полюбить девушку. Чем больше они виделись и чем чаще она брала его за руку – а теперь она делала это постоянно, и долго стискивала его руку, не скрывая своего влечения, – тем меньше она нравилась Юаню. Однако он понимал, что должен ценить ее чувства, потому что она была преданна и любила его искренне, и порой он действительно пользовался ее преданностью, хотя ему и было совестно это делать: когда Юаню поручали дело, которое ему не нравилось, она сразу замечала его нежелание и заявляла, что хочет сделать это сама. Благодаря ей он часто занимался тем, что ему нравилось: составлял письма или ехал в деревню к крестьянам, вместо того чтобы обходить зловонные бедняцкие кварталы города. Словом, Юань не хотел сердить девушку, потому что ценил ее помощь, однако ему хватало порядочности стыдиться своего поведения, ведь он, не в силах полюбить ее, все же принимал ее услуги.
Чем больше он отказывал девушке – хотя не осмеливался говорить о своих чувствах вслух, – тем жарче становилась ее любовь, и однажды, как оно и бывает в подобных случаях, им все же пришлось поговорить по душам. В тот день Юаня отправили в одну деревушку, и он хотел отправиться туда один, а на обратном пути проведать свой участок. Из-за постоянной занятости в братстве он теперь работал на земле куда реже, чем хотел бы. То был прекрасный день в конце весны, и Юань решил пройтись до деревни пешком, а там посидеть и поболтать с крестьянами, раздать им тайком свои буклеты, а затем вернуться восточной дорогой через свой участок земли. Ему нравилось разговаривать с крестьянами, и очень часто он делал это не для того, чтобы склонить их на свою сторону, а просто для удовольствия, как разговаривал бы с любым другим человеком. Он внимательно слушал, когда они говорили: «Слыханное ли дело – чтобы кто-то отнял землю у богатых и отдал ее нам? Вряд ли так можно сделать, молодой господин. Если хотите знать нашу волю, то лучше бы вы этого не делали, иначе нас же потом и накажут. Мы всем довольны. По крайней мере мы знаем, какие нас поджидают беды и что с ними делать – беды эти давние и известные». Часто оказывалось так, что в деревне выступали за перемены только те, у кого вовсе не было земли.
И вот, когда Юань собирался провести очередной день в таком приятном одиночестве и мечтаниях, та девушка подошла к нему и уверенно сказала:
– Я пойду с тобой и буду говорить с женщинами.
Юань не желал брать ее с собой сразу по нескольким причинам. При ней ему приходилось пылко и громко вещать о необходимости революции, а он не любил таких пылких речей. Еще он опасался, что она, оставшись с ним наедине, захочет до него дотронуться. Вдобавок он не сможет на обратном пути проведать свой участок, потому что там будет его сосед-крестьянин, а ему он еще не рассказывал, что стал революционером, и не хотел, чтобы тот догадался. Кроме того, он не желал показывать девушке свою любовь к земле и растениям, которые выросли из посеянных им семян, боясь, что она не оценит его странной старомодной любви к таким вещам. Нет, он не боялся ее смеха – смеяться она не умела, – но она была остра на язык и презрительно относилась ко всему, чего не понимала.
Однако избавиться от нее Юаню не удалось. Она устроила все так, чтобы Мэн поручил ей это дело, и она не могла ему отказать. Они вышли вдвоем, Юань шел молча и держался своей стороны дороги, а если девушка начинала к нему приближаться, он тут же решал, что на другой стороне дорога ровнее и идти там легче. Все это время Юань чувствовал, как в ней растет страсть, и его охватывал ужас. И вот они подошли к перекрестку, на котором кто-то давным-давно высадил ивы. Они были старые, их ветви часто обрезали, и оттого они с каждым годом становились гуще и выше, так что над дорогой образовался плотный тенистый полог. Когда Юань с девушкой проходили через это уединенное тихое место, он вдруг почувствовал, как ему на плечи легли девичьи руки. Она развернула его к себе, прижалась к нему и, разрыдавшись, закричала:
– Я знаю, почему ты не можешь меня полюбить!.. Знаю, куда ты ходишь по вечерам… На днях я за тобой проследила и видела тебя с сестрой, вы вошли в большой светлый дом, и там было много красивых женщин. Они нравятся тебе больше, чем я… С одной из них ты танцевал… Она была в розовом платье цвета персика… Я видела, как эта бесстыжая на тебя вешалась…
