Однако, словно пытаясь нарушить ощущение сладкого счастья, откуда-то потянуло запахом табака. Я нервно подняла голову и посмотрела на балкон второго этажа соседнего дома. Это была она. Сегодня на ней была безвкусная футболка с пайетками, а волосы собраны в хвост и заплетены в три косы.
Увидев меня, женщина затушила сигарету о перила балкона и скрылась в доме. Наверное, вышла пошпионить за моим мужем, который только что возился с клумбами. Знает ли хозяйка, что ее домработница курит? Я продолжала смотреть на балкон. Нет, сердито всматривалась, чувствуя, что она затаилась и подглядывает через окно.
Именно тогда я заметила камеру в углу соседского балкона.
В нашем районе камеры устанавливала одна и та же охранная компания. Камера у соседей была такой же, как у нас дома: с тем же углом обзора и трехнедельным архивом видео.
Я не хотела подозревать мужа. Но мне нужно было посмотреть это видео, чтобы развеять все сомнения.
Когда я позвонила в соседскую дверь, то вместо грубого голоса этнической кореянки услышала приветливый голос хозяйки. Похоже, в этот выходной она впервые за долгое время осталась дома. Я держала в руках тарелку с банановым пудингом и тортом «Красный бархат», которые приготовила в понедельник по рецептам из пекарни «Магнолия» на подземном этаже торгового центра. После двух дней в холодильнике крем затвердел, но я подумала, что будет невежливо прийти с пустыми руками.
До переезда я не общалась соседями, разве что здоровалась по воскресеньям. Особого желания знакомиться у меня не было, да и у них, видимо, тоже. Дверь открыла женщина в длинной бежевой юбке и безрукавке. В апреле ее наряд казался неуместным.
– Добрый день. Ой, не стоило беспокоиться. Мне нечего вам предложить взамен.
– Я сама это приготовила, так что может быть не очень вкусно.
– Ого! Сами сделали? Потрясающе.
Шумная женщина казалась немного легкомысленной. В прихожей я сразу принялась разглядывать интерьер. Внешний вид дома с бетонным фасадом создавал впечатление, что внутри он оформлен в современном стиле. Однако я увидела смесь дорогой антикварной мебели и дешевых предметов из МДФ, из-за чего вкусы хозяйки показались неясными. На полу лежал огромный ковер, который выглядел так, словно его привезли с Ближнего Востока. На нем была изображена женщина в хиджабе, играющая на музыкальном инструменте верхом на верблюде.
В центре гостиной стоял стол, заваленный бумагами. Мельком взглянув, я заметила, что документы похожи на те, что используются в государственных учреждениях.
– Вы работаете? Я вам не помешала?
– Ах, ну что вы. Я просто делала вид, что работаю. Вот так, сидя с важным видом и чашкой кофе в руках. А тут как раз торт подоспел.
Соседка засмеялась так громко, что это показалось даже чрезмерным. Она достала визитницу из сумки «Малберри», лежавшей на диване, и протянула мне визитку. На ней было написано: «Юридическая фирма „Сонмён“. Адвокат Ку Ынха».
– Ох, у меня не было возможности поприветствовать вас как следует. Простите за прошлое воскресенье.
– Ничего страшного. Мы уезжали в спешке…
Я взяла визитку и, увидев должность, почувствовала себя немного скованно. У меня не было визитки, чтобы вручить взамен.
– Хотите кофе или зеленый чай? Если честно, у нас есть только кофе. – Та снова засмеялась.
– Да, кофе, пожалуйста.
Соседка положила в рот большой кусок торта и ушла на кухню, чтобы налить воды в кофеварку. Услышав шаги на лестнице, я повернулась и увидела ту самую женщину, которая всегда подглядывала за нашим домом. Она мельком взглянула на меня и направилась на кухню помочь хозяйке.
– Все в порядке, я сама, – сказала Ынха.
Хозяйке дома на вид было за сорок, и она уважительно разговаривала с помощницей. Кто еще живет в этом большом доме? Если судить по мебели и общей атмосфере, скорее всего, здесь нет детей. Меня охватило любопытство, но я решила, что задавать личные вопросы будет невежливо, поэтому воздержалась.
– А это Юн Мирён, она живет со мной здесь, – заметив мой взгляд, представила ее Ынха.
– Здравствуйте, – уверенно поздоровалась Мирён с заметным китайским акцентом.
– А как так получилось? Вы ведь, наверное, не родственницы… – я знала, что эта женщина была помощницей, но притворилась, что не в курсе, чтобы удовлетворить свое любопытство.
– Нет, я просто здесь работаю, – Мирён быстро ответила мне.
– Вообще, это дом моего отца. Он долго жил в Пхангё, поэтому при реновации мы получили здесь участок и построили дом. Но отец заболел, и Мирён стала его сиделкой. Как вы уже поняли, я очень занята, – она коротко усмехнулась. – Отец умер в прошлом году, и теперь та помогает мне по дому. Она вроде как сожительница.
Я не могла понять, почему она предоставляет комнату и питание наемной работнице. Дом казался слишком большим для двух женщин. И потом, по ее словам, когда Ынха занята работой, дом полностью оказывается в распоряжении Мирён. Этот дом явно слишком хорош для нее.
– А по какому поводу вы зашли?
