Предложение Чжуран было заманчивым во всех смыслах. Она сама предложила подмешать снотворное Пак Чэхо. Но для завершения плана ей нужна была помощь, и та рассчитывала на меня. Я поделилась с ней одним из планов, которые разрабатывала для убийства своего мужа.
– Подмешиваем снотворное и поджигаем угольный брикет в машине. Это будет выглядеть как самоубийство. Хорошо бы оставить предсмертную записку, но это необязательно. У Пак Чэхо, то есть у вашего мужа, есть причины для самоубийства. Главное, чтобы он сам купил угольный брикет в магазине с камерами наблюдения. Это должно выглядеть естественно.
– Естественно… Но… Больно видеть, как муж умирает?
Перед тем как убить мужа, я никогда не думала о «печали». Это казалось мне само собой разумеющимся, и все силы уходили на оправдание своих действий. После его смерти я не чувствовала печали, только бессилие. Я считала, что все мои страдания и мучения были из-за него, что он превратил мою жизнь в ад. Но даже после исчезновения мужа боль осталась. Я не знала, что делать с этим невыносимым временем и на кого еще можно свалить вину. Бессилие поглощало меня. Я поняла, что все исправить могут только деньги. Мысль о том, что с деньгами можно сделать все, давала силы двигаться дальше.
– Не думайте о чувствах. Иначе ничего не получится.
Так я сказала Чжуран, но последние дни сама пыталась справиться со своими эмоциями и плохо спала из-за дурных предчувствий. Я старалась не думать о происходящем, но мрачные мысли не покидали меня.
Я сложила в черную сумку две пары перчаток, затянула волосы тугой резинкой и надела кепку. Облачившись в облегающую футболку и брюки, сверху я накинула легкое пальто для межсезонья. Но поняла, что с кепкой пальто будет выглядеть подозрительно, поэтому достала из шкафа бежевое платье. Надев его, я накинула темно-синий плащ и сняла кепку. В этом наряде я привлекала меньше внимания. Обула черные кеды из дисконтного магазина, дешевые и неприметные. И никаких украшений – ни колец, ни цепочек, чтобы не потерять и не повредить их.
Я проверила карманы плаща и щедро нанесла лак на собранные волосы, чтобы ни один волосок не выбивался. Взяла с собой солнцезащитные очки и положила в сумку. Слегка выступающий живот я скрыла под плащом и сумкой. Встав перед зеркалом, убедилась, что выгляжу как ничем не примечательная тридцатилетняя женщина.
Я спустилась на лифте в лобби и вышла через главный вход, а не через заднюю дверь, как обычно. Села на автобус до станции Пупхён, незаметно затерялась среди людей, возвращающихся с работы, достала телефон и начала смотреть прямые трансляции. В эфире шел дневной сериал, который я раньше никогда не видела. Затем я проверила, что продают в телемагазине. Ведущая продавала пять пар брюк за 59 900 вон.
Через полтора часа я прибыла на станцию Пхангё. Выйдя из второго выхода, стала ждать автобус № 76. Вокруг было полно молодых офисных работников, которые возвращались с работы. Когда автобус прибыл, я неторопливо вошла и начала любоваться видами за окном. Вдоль дороги выстроился ряд новых и чистых жилых комплексов.
Автобус вскоре остановился перед средней школой «Б». Выйдя из него, я направилась к дому Чжуран обычным шагом. Никто не обращал на меня внимания, и я не оглядывалась по сторонам. Однако казалось, что камеры видеонаблюдения, установленные повсюду, следят за каждым моим движением.
Я упорядочила все детали в голове. Войдя в дом, мы вместе с Ким Чжуран погрузим спящего Пак Чэхо на заднее сиденье его автомобиля. Затем, нарочно попав в поле зрения камеры видеонаблюдения, покинем дом и направимся к станции Пхангё, где приложим транспортные карты к турникету, но не пройдем через него. Выйдя на улицу, направимся к речке Унчжунчхон – так советовала сделать Чжуран. Когда она подъедет на сильно тонированной машине, мы пересадим Пак Чэхо на водительское сиденье и зажжем уголь. Ни в коем случае нельзя оставлять отпечатки пальцев или следы ДНК ни внутри, ни снаружи автомобиля. Чжуран объяснила, что под мостом возле речки есть «слепая зона» для камер наблюдения, а люди там появляются редко. Даже если кто-то пройдет мимо, нужно действовать так, чтобы не привлечь внимания. После того как уголь будет зажжен, Чжуран направится в универмаг «Хёндэ», где она заранее оставила свою машину, а я сяду на автобус № 8601 до Пучхона, оплатив проезд наличными. Там я возьму такси до станции Пупхён и тоже оплачу наличными. Затем я сольюсь с толпой и приложу транспортную карту к турникету. И как ни в чем ни бывало вернусь домой, тем самым покончив со своим заданием.
Самое важное – сделать фотографии, что подтвердят мой сговор с Ким Чжуран. Это будет своего рода страховкой, чтобы получить оставшиеся четыреста миллионов.
