– Бесслезный сухой плач, – хором повторили монстры, окружив Поли.
– Как долго мы желали вкусить запретный плод жизни. Попробовать божественную ману. Овладеть таинственными огнями.
– Таинственными огнями.
– И вот…после стольких пролитых слёз, наполненных страхом и отчаянием, милосердный Юрген Лаос все же решает отправить нам свою дочь. Маленькую беззащитную Поли.
– Маленькую беззащитную Поли.
– Чтобы мы, наконец, утолили свою жажду, – Виктор уткнулся длинным носом в шею Поли, обнажил острые зубы.
– Жажду!
– Жажду!
– Жажду!
– Ты не создана для мира живых, моя хорошая. Не переживай, мы это исправим. Как только разберемся со свидетелем, – Виктор направил на меня свои раскосые акульи глаза, налитые кровью. – Господа, верните нашего юного и любопытного друга обратно в дом слёз.
Монстры двинулись на меня. Путей для отступления не было, и я приготовился сражаться. Однако привычной драки, к которой я привык со школьных лет, не состоялось. Монстры Виктора задействовали странную магию. Пространство резко изменило обличие, стало зеркально-острым, твердым на ощупь. Стоит лишь пошевелиться, и меня разорвет в клочья слабый ветерок.
Ты как будто смотришь в зеркало через другое зеркало, будучи застрявшим в зеркальной комнате. А потом появляются монстры Виктора, и бьют тебя в каждое отражение. Бьют быстро и больно. Не продержавшись и пяти секунд против чудовищных противников, я падаю в пропасть, сквозь воспоминания Поли, возвращаясь в дом слёз.
Окружающий мир способен меняться до абсурдности. Даже предметы пытаются тебя убить. Из ниоткуда возникают зеркальные копии, способные чувствовать тоже самое, что и ты. Это похоже на магию или, скорее, на дурной сон. Я не способен противостоять монстрам. Еще не готов. Подумать только, они способны изменять пространство, останавливать время. А я только недавно научился телепортироваться.
И как Поли умудрилась остаться в живых, если ее выпили пятнадцать лет назад? Возможно, у них ничего не вышло, или она умерла…Еще целый месяц до нашей встречи. Я не могу столько ждать, нужно встретиться с ней сегодня.
– С пробуждением, – внезапно сзади послышался знакомый каменный голос. – Как прошло твое путешествие внутри чужих воспоминаний? Все отрывки успели пройти через сознание?
Проклятый Винсент…что он здесь делает?
– Да, – растерянно ответил я. – Практически все.
– Прекрасно. А то я уже начал беспокоиться. Ведь ты несколько недель был в полной отключке. Виктор Борман велел мне пристально следить за твоим состоянием.
– Несколько недель? – удивленно переспросил я.
– Чуть больше месяца, – ответил Винсент. – Твои метаморфозы за это время значительно развились. Прошу, не пугайся, твоя внешность не претерпела изменений. Однако мы оценили твое внутреннее состояние.
– Разве? Я не чувствую никаких изменений, – честно признался я. – Так ведь не бывает, что бабах – и ты проснулся другим человеком?
– В доме слёз довольно часто происходит так называемый «бабах». А изменения в первую очередь замечают окружающие, – ответил Винсент. – Любопытно, чьи воспоминания оказали на тебя такое сильное воздействие?
Слишком далеко заходит наш диалог. Нельзя, чтобы Винсент заподозрил о моем знакомстве с Поли.
– В этом доме все способны оказать на меня воздействие, – сказал я. – У каждого из жильцов своя собственная и уникальная боль.
Винсент недоверчиво перевел взгляд на пустую колбочку, где хранились слёзы Поли. Он определенно что-то знает…или хотя бы догадывается.
– Что произошло, пока я был в отключке? – я решил резко сменить тему. – Уже прибыли новенькие?
– Разумеется, – охотно отозвался Винсент. – Сто двадцать шестой этаж отныне свободен от Майки Морриса, а семьдесят пятый – от Келена Грея.
– Сто двадцать шестой свободен? Это значит, что вы отпустили Майки?
– На этаже Келена Грея был найден мольберт Майки Морриса. Достаточно было всего лишь прикоснуться к нему, чтобы увидеть, кто был причастен к убийству Келена. Мы выпили до последней капли Майки Морриса.
Винсент приблизился ко мне, наклонился и змеиным, ядовитым шепотом произнес:
– И его напарника, который подсунул Келену десять капель своих огненных слёз, ждет та же незавидная участь. Как только Виктор Борман даст команду, мы опустошим этого умного мальчика.
Колючие мурашки пробежали по спине. Майки больше не вернется в дом слёз, и все из-за проклятого мольберта, который он взял с собой! Спокойствие, главное спокойствие. Я глубоко вздохнул, пытаясь смириться с произошедшим. Винсент все знает. Он избавится от меня, как только я перестану быть нужным Виктору. Но только с какой целью я ему понадобился? Почему он меня не прикончил еще в воспоминаниях Поли?
– Как видишь, Колин, в отличие от людей, мы не оставляем преступников безнаказанными, – продолжил Винсент. – Это просил передать тебе Виктор. Время для монстров не играет существенной роли. Ты все поймешь, когда мы будем тебя убивать.
С этими словами Винсент растворился в воздухе.
