Дом в соснах полностью

– Была одна вещь, которую камера не уловила. Конечно, я рассказала об этом копам.

За стойкой внимательно слушали, и Майя почувствовала, что официантка не возражает.

– И что это было?

– Взгляд Кристины, – ответила официантка. – На записи все выглядит так, будто она пристально смотрит на Фрэнка. Но если бы вы стояли вон там, увидели бы, что на самом деле она смотрела мимо него, на что-то в углу.

– И на что же?

– Ни на что. Буквально. На пустую кабинку. – Майя проследила за взглядом официантки, направленным на красную виниловую кабинку. – В тот день там тоже никого не было, но она уставилась туда, будто могла видеть то, чего не могли разглядеть остальные. Моя кошка иногда делает то же самое. У меня от этого мурашки по коже.

Холодный ужас расцвел в груди Майи.

– Она казалась… нормальной?

– Ну, конечно, если вы называете это нормальным. – Официантка наклонилась ближе к Майе, как будто хотела поделиться с ней секретом, но затем заговорила достаточно громко, чтобы услышала вся стойка. – Между нами говоря, я всегда подозревала, что в этом месте водятся привидения. Я чувствую такие вещи, и думаю, что, возможно, в тот день там что-то было.

Страх Майи сменился скептицизмом.

– Что-то вроде призрака?

Официантка кивнула. Один из пожилых мужчин наклонился к Майе:

– Не заводи ее.

Официантка нахмурилась.

– Хватит с тебя этого, Дуг. – Она снова налила ему кофе.

– То есть вы думаете, – обратилась Майя к официантке, – что Кристина увидела какого-то призрака и это… убило ее?

– Все, что я хочу сказать, это то, что она определенно видела что-то прямо перед смертью. И это могла видеть только она.

– Острые крылышки! – донесся голос из кухни.

– Вы готовите подкаст или что-то в этом роде? – спросила официантка, ставя перед Майей дымящуюся тарелку.

– Не совсем, – ответила Майя, прежде чем спросить, может ли она взять крылышки с собой.

Пенопластовая коробка наполнила машину солоноватым привкусом соуса буффало. Печка была включена на полную катушку, но Майя никак не могла согреться.

Разговор о призраках напомнил слова доктора Барри о связи между внезапной необъяснимой смертью и тем, что он называл магическим мышлением. В некоторых культурах винят злых духов. Идея заключалась в том, что у разума есть способы самостоятельно искать объяснения. Горе может заставить воображение разыграться. Она все это понимала. Доктор Барри сказал бы, что официантка бредит, и Майе, возможно, пришлось бы с ним согласиться.

Наблюдение такого поведения у постороннего подействовало отрезвляюще. Ее тело буквально заныло от сопереживания при мысли о том, как Барб объясняет полиции свою теорию о закусочной с привидениями. Однако в этом вопросе ее разум был на стороне доктора Барри. Может быть, в конце концов, это была проблема Майи. Может быть, ее разум не мог распознать свою собственную болезнь.

Через четыре дня после смерти своей бабушки Майя медленно идет рядом со своей мамой и множеством незнакомых людей за гробом Эмилии Эк Басурто по Генеральному кладбищу в Гватемала-сити. Оно огромное, похожее на лабиринт, и занимает несколько городских кварталов, но при этом кажется переполненным. Вдоль маршрута похоронной процессии выстроились высокие толстые стены, разделенные рядами ячеек, которые напоминают Майе картотечные шкафы, но на самом деле это могилы. Внутри каждой ячейки находится тело, запечатанное слоем бетона, на котором в большинстве случаев закреплена табличка с именем человека и годами его рождения и смерти.

Цветы на всех стадиях увядания украшают могилы, яркими пятнами выделяясь на фоне серого бетона и темно-зеленого мха, покрывающего все вокруг. Сейчас сезон дождей, надвигается обычный послеобеденный ливень, воздух густой, а процессия движется очень медленно. На Майе длинное черное платье, которое промокло от пота и прилипло к спине. Она дышит ртом, стараясь не показывать, как на нее влияют запахи, наполняющие нос. Сначала появляются цветы – лилии, розы, маргаритки, гладиолусы, – которые торчат из ведер продавцов у ворот кладбища, рассыпаны на могилах, и их опавшие лепестки покрывают все поверхности. Они не в состоянии замаскировать то, что, как Майе кажется, и является запахом смерти. Как будто тела вывернули наизнанку.

Над головой кружат стервятники. Их число увеличивается по мере того, как процессия углубляется на кладбище, и Бренда объясняет своей дочери как можно спокойнее, что могилы здесь сдаются внаем, как квартиры. Семьи должны регулярно платить за то, чтобы их близкие оставались похоронены. И если платеж пропущен, тело, как если бы оно было арендатором, выселяется и отправляется в общую могилу на краю кладбища.