Никого в Бун-Ридже не удивила новость о том, что Эйса Уиппл сбежал из дома незадолго до Рождества. Однако многие изумились, когда узнали, куда именно. Мать Эсси Хастинг приняла его в свой дом и, по рассказам горожан, видевших их вдвоём в бакалейной лавке и магазине для садоводов, обращалась с ним, как с родным сыном. Все сошлись во мнении, что его появление будет только на пользу несчастной, убитой горем женщине, хотя, конечно, удивительно, что Эйса, который запомнился горожанам как задиристый и неприятный мальчишка, вдруг так переменился.
Однако он вовсе не перестал быть «неприятным». Он по‐прежнему улыбался своей кривой, недоброй улыбкой и иногда ввязывался в драки в переулках неподалёку от Гикори-стрит. И всё же он и впрямь изменился. В нём вспыхнул огромный интерес к садоводству, а ещё он теперь всегда носил в верхнем кармане своей кожаной куртки фиолетовый цветок. Часто его можно было увидеть на крыльце дома Хастингов: они с сестрой подолгу там сидели и разговаривали так миролюбиво, что Эйсу вполне можно было принять за благонравного юношу.
Сильнее всего горожан изумил немыслимый поступок мэра Уиппла, который изъявил желание покинуть свой пост. В день, когда он объявил жителям Бун-Риджа о своём решении, по толпе горожан побежал шепоток – люди с удивлением отмечали, как он постарел, но сошлись во мнении, что это и не удивительно, ведь он уже столько лет у власти и ему и впрямь пора бы на покой, и ничего, что нет наследника, который заменит его на посту. Так что отставку мэра в конечном счёте приняли легко.
На смену декабрю пришёл январь, и в восьмом классе Средней Школы Бун-Риджа появился новенький. Темноволосый, тихий, с повязкой на правом глазу, он вскоре показал себя как самый прилежный и внимательный ученик во всей школе. Он приходился Ли Викери двоюродным братом и раньше жил где‐то на севере, а теперь вот перебрался в Бун-Ридж, к семейству Викери. Звали его Феликс.
Первым домашним заданием, которое дали Феликсу на уроке английского языка, было написать сочинение о том, кем он хочет стать, когда вырастет. Он написал, что в детстве думал, что ему придётся продолжить семейное дело. А потом многое изменилось, и перед ним открылся новый мир. И теперь он мечтает стать журналистом, работать в крупной газете и сочинять важные и совершенно несентиментальные заголовки.
У новенького было не так много друзей – всего двое, но с ними он был просто не разлей вода. В школе их называли «трио Викери», и хотя Гретхен носила фамилию Уиппл, она вовсе не возражала. Ей даже нравилось пользоваться вниманием вовсе не из‐за своего происхождения.
В столовой трио Викери сидело не за оранжевым столиком, а за самым обычным, зелёным. Они вечно шутили, смеялись, их часто видели в кафе «Ручеёк», а временами и в Тополином Лесу. А если бы вы понаблюдали за ними не неделю, а больше, то наверняка стали бы свидетелями того, как они посещают кладбище Бун-Риджа, чтобы положить на могилу Эсси Хастинг свежий букетик цветов.
Как‐то в самый разгар лета субботним вечером двое представителей трио Викери сидели на крыше спортивного стадиона Старшей Школы Бун-Риджа, свесив с неё ноги, и негромко переговаривались.
– Вот что нас ждёт, – сказала Гретхен, вытянув руку и указав на здание Старшей Школы, темневшее перед ними. – Четыре года жестоких и изощрённейших пыток, если верить Эйсе.
– Да ладно, мы справимся, – с улыбкой сказал Ли.
– Само собой. Ведь у меня есть ты, да и Феликс – парень не промах, – заметила девочка, а потом добавила чуть тише: – Уиппл в компании двух Викери. Кто бы мог подумать!
– Тебя это смущает?
– Времена меняются, – пожав плечами, ответила Гретхен. – И многое уже изменилось. Я теперь единственная из Уипплов, кто может проводить Ритуалы.
– И ты продолжишь это дело?
Гретхен задумчиво сцепила руки на коленях, а потом снова их разжала.
– Теперь я точно знаю, что
Ли кивнул:
– И правильно.
– Да?
Гретхен повернулась к Ли. Лунный свет падал на её чёрные волосы и ярко-алые губы. Ли сглотнул:
– Да.
Гретхен медленно улыбнулась. Ли улыбнулся ответ.
– Гретхен, – сказал он. – Хочешь, я тебя поцелую?
Она засмеялась и ответила:
– Какой дурацкий вопрос!
И он её поцеловал.
Ласковый ветерок всколыхнул волосы Гретхен. Луна залила своим светом весь Тополиный Лес. Даже теперь, глубокой ночью, в городе кипела жизнь.
КОНЕЦ
Ритуал Долгой Памяти
Десять волосков:
пять – от родни,
четыре – от близких друзей,
один – от возлюбленного, живущего или умершего.
Волосы смотать вместе и сжечь.
