Дом в Тополином Лесу полностью

– Как же вы не понимаете! Если он возьмёт фамилию Хастинг, он перестанет быть Уипплом! Если… если, конечно, сам того захочет… – Она с мольбой посмотрела на брата.

Эйса по‐прежнему хрипел и то и дело слабо кашлял в кулак.

– Знаю, это вовсе не то, чего ты хотел, – сказала Гретхен. – Но ты ведь сам говорил: Камень Желаний поступает так, как ему вздумается. Что всё не всегда складывается, как хочется людям, что они погибают. Но тебе ни к чему умирать! Особенно если твоим заветным желанием всегда было стать Хастингом.

Она взяла брата за руку и разжала его окровавленные пальцы, под которыми обнаружился Камень Желаний.

– Загадай это, Эйса, – попросила она шёпотом. – Пусть это станет твоей заветной мечтой. Прошу.

Эйса закрыл глаза. Он вновь крепко сжал Камень Желаний, прерывисто дыша. Гретхен посмотрела на госпожу Страсть.

– Это ведь может помочь, правда?

Эйса затих. Затаив дыхание, Гретхен смотрела, как поднимается и опадает его грудь. А потом, к её изумлению, госпожа Страсть потянулась к Эйсе и положила ладонь на его изнурённое лицо.

– Что вы делаете?! – вскричала девочка.

– Забираю его себе, – ответила госпожа Страсть. На глазах у Гретхен лицо Эйсы медленно порозовело, а потом стало таким же красным, как накидка госпожи Страсть. А потом она отступила. И хотя кушетка и сама Гретхен были все перепачканы кровью, таинственное кровотечение остановилось. Эйсе стало заметно лучше. Он медленно сел. Он был вновь полон жизни, как в ту минуту, когда они с сестрой ссорились на лестнице. Гретхен даже показалось, что столько энергии она в нём отродясь не видела.

Она с радостными криками заключила брата в объятия. От её прикосновения он сперва заметно напрягся, но совсем ненадолго.

– Почему ты никому не рассказывал о том, что произошло с Эсси? – прошептала Гретхен. – В её гибели нет твоей вины.

Эйса опять напрягся:

– Никто бы в это не поверил. Мне бы никто не поверил. Даже папа. Думаю… Думаю, он что‐то подозревал. Думаю, отчасти из‐за меня он и решил обставить всё как несчастный случай.

Гретхен хотела было возразить, но потом подумала: а может, Эйса прав? Жители Бун-Риджа видели только то, что хотели видеть. Вряд ли они поняли бы, что Эсси Хастинг сгубила тринадцатилетняя война между Тенями и страшная сделка, которую их мэр заключил множество лет назад. Вряд ли они поняли бы, что Эйса с этой его недоброй ухмылкой и любовью ввязываться в драки потехи ради сумел полюбить кого‐то всем сердцем.

А вот Гретхен брата понимала – может быть, не во всём, может, совсем чуть‐чуть, и всё же. Теперь она узнала его куда лучше, чем раньше. Именно теперь, когда ему придётся её покинуть. Её же собственное предложение опустилось ей на душу тяжёлым грузом: да, она спасла брату жизнь, но для этого пришлось отдать её Теням. Это ведь она предложила, чтобы он стал помощником госпожи Страсть. Гретхен в панике отскочила от брата и посмотрела на госпожу Страсть.

– Он теперь ваш?

Госпожа Страсть кивнула:

– Он заменит мне Эсси. Я обучу его всему тому, что умела она.

– Но… он ведь ещё побудет с нами?

Гретхен прекрасно знала ответ, но боялась его услышать. Эйса больше не будет забирать её из школы на своём шумном мотоцикле и не менее шумном Уиппле-Шмыппле. Она больше никогда не увидит, как он тайком курит на заднем дворе, не услышит его дурацкую рок-музыку за стеной своей спальни…

– Грет, – позвал её Эйса и легонько коснулся её руки. – Так и впрямь будет лучше.

Она покачала головой:

– Я… Совсем не подумала…

– Ты всего лишь предложила. Но Камень Желаний не стал бы менять свою тактику, если бы я сам не передумал. Это ведь… и впрямь к лучшему. Только так я смогу стать ближе к Эсси. Почтить её память.

Глаза Гретхен наполнились слезами.

– Эйса, мне так жаль… Я ведь ничего не знала… Совсем ничего…

– А я не знал, что у меня такая смышлёная сестрёнка, – усмехнулся Эйса, а потом посмотрел на госпожу Страсть. – Я готов. Я к вашим услугам.

И тут впервые за долгое время заговорил один из братьев Викери.

– Ты и не представляешь, что это такое, Эйса, – сказал Феликс, поднимаясь с пола. – Ты попросту не понимаешь, что делаешь. Ведь это вся твоя жизнь, и пути назад уже не будет!

– У меня нет выбора, малыш. Таковы условия сделки.

– Я прекрасно знаю, каково это – быть помощником Тени! – Феликс повернулся к госпоже Память и госпоже Страсть, которые невозмутимо на него смотрели. – Никто не заслуживает такой жизни. Даже Уиппл.

– Ужасно трогательно, малыш, – сказал Эйса. – Думаю, это просто тебе не повезло больше других. Это ведь твоего хозяина мы только что изгнали?

Феликс промолчал.

– Могу вас заверить, что мои помощники живут в превосходных условиях, – сообщила госпожа Страсть. – И если кто‐нибудь в этом сомневается – что ж. Я готова нести ответственность за своих подопечных.

Госпожа Страсть повернулась к Гретхен, и та поняла, что её слова были обращены в первую очередь к ней.

– Но я ведь смогу видеться с Эйсой, правда? Вы не станете его от меня прятать?