Они шли, обнявшись, до отеля. Он закрыл ей глаза и провел в свой номер, в спальню, стал ее раздевать, но она оттолкнула его. Кэрри ушла на балкон. Ночь сняла свои тени, пришло ласковое утро. Комната была залита алым рассветом и солнце пробиралось сквозь легкие шторы. На душе было совсем легко: она любит и не одинока. Теперь начнется новая жизнь, осталось прервать старую и для нее откроется новая глава. Она давно забыла все обиды, и здесь ей казалось: Париж окончательно вылечил ее.
Сегодня их встречал Версаль! Таинственный и царственный дворец! Зимнее огненное светило скользило по золотым фонтанам, фасадов. Кэрри вспоминала город, в котором она провела в детстве целый месяц. Юность возвращалась, а голова кружилась от воспоминаний. Он удивлялся, с какой живостью она показывала ему город.
Эти дни прошли как в сказке для них обоих. Она любила! Но любил ли он так же сильно, она не знала. Жить этим чувством, этой надеждой так упоительно! Мир изменился вокруг. Париж — город любви и надежд. Эти улочки и эти бульвары! Горящие звезды в глазах, пылающие сердца и сплетение душ!
Что такое любовь? Это цветок, и мы должны его беречь, а то он замерзнет, как роза зимой! Они с Ли чуть не смогли ее уберечь, предрассудки чуть не убили ее, и завяли бы все взлелеянные цветы, как умирают они осенью. Вернувшись, молодые люди вновь почувствовали, как все внутри них перевернулось, им нужно было так возрождать свои чувства постоянно. У них рос сын Габриель.
В то время как Кэрри обновляла чувства, два юноши продолжали идти по новой дороге, что каждый придумал для себя. Энтони пропадал в университете, постоянно участвуя в проектах, он был душой компании, и более старшие и более младшие студенты тянулись к нему. Для них он в свои двадцать лет были наставником и другом, ему нравился чувственный мир, что окружал его, Энтони никогда не страдал от отсутствия внимания со стороны девушек. С ними он ощущал себя свободным, он мог с ними встречаться, обнимать, целовать, наслаждаться их телом, но любить... нет, он не мог. Как Джозеф в свое время, он предпочитал сохранять холодный ум и равнодушное сердце. Конечно, Джозеф влюбился и в начале года опять стал отцом — у них родился сын Джейсон Стюарт, но для самого Энтони такое время еще не наступило. Он же будущий врач, значит, во всем следует соблюдать хладнокровие.
Луис же, напротив, — пылкий романтик, что проводил много времени в компании такого же романтика Рэя и богемного Грея. Эта ветряная натура жаждала приключений и новых открытий, и его сердце, как листок на ветру, трепетало: он влюбился. Она, младше всего на два года, такая же глупая, постоянно появлялась в его мини-фильмах, мелькая на экране, как мимолетное явление. Джессика Зимер — забавная девчонка, и такая же романтичная, как и он сам. Он любил ее незамысловатую красоту, простые светлые волосы, синие, как глубокое море, глаза и нежную улыбку полных губ. Любовь затопила его сердце, и это изменение пошло на пользу. Джордж смеялся, что он похож в этом на него, Энтони же боялся, что, окунувшись в паутине любви, он никогда от туда не выберется. Но любовь — слишком благородное чувство, а юность бывает только раз, и остается ярко расцвести и хранить цветок до последних дней.
В жизни Рэя была только работа, после расставания с Тэсс он не искал любви, считая, что его время не пришло. Тем более что ему позволяли вести многие проекты, и он получил свой кабинет в канторе, но не получил билет на счастье.
Грейхем, что постоянно его поддерживал, неустанно следовал лозунгу «Свобода во всем!» и, как Энтони, совершал одну победу за другой. Он не был Джонатаном, что просто с ума сходил по Элен. Еще бы: его сестра была красоткой, с томными, вишневыми глазами, густыми каштановыми волосами и молочной кожей. Ее возлюбленный забрал ее с окончанием школы в свою квартиру, так они стали жить вдвоем, а она стала строить планы по открытию свой шоколадной, учитывая, что на ее счету уже скопилась сумма для этого.
Бетти восхищалась ими и еще больше гордилась. Все случилось, как они хотели, их дети дружат и знают, что жизнь опасна и трудна, но еще она прекрасна.
***
Декабрь 1998.
— Мистер Рэй идет, — секретарши с вожделением смотрели на приближающуюся фигуру.
— Шеридан, твой начальник, — проговорила самая старшая из них — Рут.
Юная, восемнадцатилетняя Шеридан Шепард посмотрела на подходившего к ним человека, высокого, широкоплечего, в дорогом сером костюме и в твидовом пальто с воротником из лисы. Его смуглая кожа прекрасно гармонировала с белой накрахмаленной рубашкой, он носил стрижку в стиле Джима Морисона, только короче, а его зеленые глаза смеялись. Он всем улыбнулся, совсем молодой, подумала Шеридан. Наверное, индус, появилась другая мысль, и фамилия — Бульдасар — совсем не английская.
— Правда, красавец? — спросила Рут.
— Только он одинок, — Кесси села за свой стол. — Вот мистер Джонатан занят, он уже года четыре влюблен в одну девушку, и ему столько же лет, сколько и мистеру Бульдасару.
