Грейхем, вместе с Элен и Луисом, продолжал вести дела в «Ванильных облаках». Рэй был однолюбом, а Грея еще не посетила любовь, наверное, поэтому он считал себя неспособным на это. Летом на его пороге вновь появилась Хлоя, подруга его детства, все эти месяцы она приводила свою душу в порядок и думала, что у нее еще есть надежда на счастье, только Грейхем уехал на два месяца в Швейцарию, и они снова потерялись в этом мире.
Ей пришлось стать стальной леди, после того, как Джонатан ушел. Спустя некоторое время он прислал ей счет, и она вернула ему все деньги за кафе. Потом она узнала о его помолвке, но Элен не отчаивалась, Рэй хотел вмешаться, но она не хотела, чтобы друзья ссорились из-за нее. Мужчины были в ее жизни всегда, она назначала им свидания, вовлекала в круг ожидания, давая повод думать о возможном развитии отношений. О Джонатане она почти не вспоминала, хотя все только и говорили о его предстоящем браке. В день его свадьбы она проверяла счета в кафе, смотря на посетителей и вдыхая аромат свежей выпечки. Она всегда это делала сидя в углу зала так, чтобы видеть все и иногда принимать некоторых гостей самой.
— Элен. — Джонатан стоял перед ней в белом фраке.
Он тяжело дышал, был заметен признак бессонницы. Люди вокруг засуетились. Джонатан разглядывал ее, ей уже было двадцать, и за это время она стала еще краше.
— Ты же сегодня женишься? — с напускным безразличием спросила она. — Что ты здесь делаешь? — Она отложила книги, замечая свое волнение.
— Я не хочу быть с ней, — ответил он. — Я хочу быть с тобой.
— Поезд уехал, и потом... я не люблю тебя больше. — Элен встала со стула.
— Ты злишь меня. Элен, я идиот, ты была девчонкой, а я хотел привязать тебя к себе, — он вздохнул. — Поехали, обвенчаемся прямо сейчас. У нас будет все, я не буду на тебя давить. Я люблю тебя еще, несмотря на то, что прошел целый год.
— Нет.
Теперь-то она знала, она не может быть милой, ей надо быть сильной, только так она вернет его обратно. Женщина не может быть доступной, женщина прежде всего загадка, и мужчина должен попытаться ее разгадать, так говорила Элизабет, ее младшая сестра, девушка, что еще предстояло расцвести. Молодые Лейтоны едва делали первые шаги в этом мире. Мир открыл им все двери, все, что им надо было сделать это — решить, в какую зайти. По происхождению лорды, по крови ирландцы, по духу англичане.
В Английском саду распускались новые розы, какими они будут? И что их ждет? Кто знает, каким станет их английский сад. Зеленое покрывало окрасилась новыми цветами, и эти новые пятна символизировали новый мир и новых людей.
Жизнь как бесконечность. Порой с чего мы начинаем, тем и завершаем. Знак бесконечности всегда был в их любви, знак утраты почти всегда, символ счастья... был ли он? Да, безусловно. Но бывает ли счастье без боли? Наверное, нет.
Жизнь это и есть рождение и смерть, надежды и ожидания, приобретения и потери, взлеты и падения, сплетения и расставания. Жизнь соткана из противоречий, переплетена и сплетена, и когда посмотришь на ее картины, то увидишь, как она похожа на кружева.
Эпилог
Вера означает — веровать в то, чего не видишь.
Награда за веру — возможность видеть то, во что уверовал.
Блаженный Августин, «Проповеди»
Аллен-Холл. Март 2014
Я отодвинула шторы, смотря на залитую светом лужайку, дети весело носились по свежей траве, их заливистый смех я слышала, несмотря на прочные стекла. Мэтью обнял меня, целуя в макушку. Я кожей чувствовала: на столе лежали мои книги. Когда я решилась на это, то моя семья не прибывала в восторге, никто не хотел, чтобы тайны стали явью. Но работа настолько поглотила меня, что мое очевидное всем состояние творческого восторга вызвало интерес к моей работе. По крупице собирая прошлое, я надеялась, все будут помнить не Бэсс Лейтон, а всю мою семью, ее дела и поступки. Я всего лишь рассказчик, не ждущий всеобщего одобрения.
— Как ты думаешь, у этого будет успех? — робко спросила я.
— Бэсс, я всегда знал, что у тебя все получится, — Мэтью уткнулся носом в мою шею. — Именно поэтому я обратил на тебя внимание.
Я усмехнулась: когда мы познакомились, мне исполнилось девятнадцать, и я, амбициозная девчонка, надеялась, что мой роман о Бэсс Голд и строительстве Аллен-Холла станет хитом. Мэтью охладил мой пыл, после каждой перепалки я чувствовала себя униженной, но это быстро переросло в любовь. Он был старше меня на одиннадцать лет, божествен и женат. Мои родители пытались меня отговорить, но я, наверное, упрямством пошла в Лейтонов. Мэтью развелся ради меня, мы сыграли пышную свадьбу и уже десять лет жили в любви и согласии.
Зачем я все это затеяла? К чему все это было? Я хотела раскрыть все тайны, не оставить ни одной тени сомнения, рассказать правду, как бы это тяжело ни было для нас. Не знаю, убедила ли вас, поверили ли вы мне. Ведь все мы лишь красивые крупинки в море, под названием «жизнь». История бережно сохраняет для нас яркие события, но сохранит ли она для нас наши судьбы?
