Дом Затмений полностью

Губы Ситали задрожали. Слезы потекли из ее глаз, оставляя блестящие дорожки на щеках.

– Я не могу… я больше не могу так!

Я прищурилась, глядя на нее. Ее эмоциональная вспышка совсем меня не растрогала. Она прижала подушку к груди, как делала в детстве, когда была чем-то расстроена.

В течение нескольких долгих мгновений мы смотрели друг на друга. Что-то неожиданное происходило между нами. Что могло так сильно расстроить мою непоколебимую сводную сестру?

Ситали соскользнула с кровати. Я отошла от подоконника, не зная, набросится ли она на меня. Сестра подкралась ближе и бросила взгляд в сторону двери. Она схватила кусок пергамента, обмакнула чистое перо в чернильницу и нацарапала:

Ты видела ее?

Я нахмурилась.

Корону, – написала она.

Почему мы снова должны обсуждать это? Я покачала головой.

Она нужна мне, Нур. Пожалуйста.

Я пристально посмотрела на нее и зажгла свечу на столе. Пламя с дрожанием поднялось, подхватив фитиль, но через секунду выровнялось. Я выдернула пергамент из ее руки и поднесла его к зажженной свече на краю стола. Неровный край бумаги загорелся, постепенно огонь распространился голодными вспышками. Я похлопала по краям, чтобы остановить пламя, и, когда большая часть пергамента была съедена, я бросила его обратно на стол.

– Я не могу вернуться домой без нее, – прошептала Ситали с мольбой в голосе.

– Почему? Почему это так важно для тебя?

Она сжала губы.

– Если ты не скажешь мне, Ситали, как я смогу понять?

Сводная сестра посмотрела на потолок, и слезы полились из ее глаз с удвоенной силой, как будто наверху она видела Сол и молила богиню огня о помощи.

Чем мог угрожать Ситали отец, чтобы превратить ее в нервную, печальную версию молодой женщины, которой она когда-то была? Какое оружие он мог использовать против нее? Что ценила Ситали? Что она любила?

И каким образом он использовал это, чтобы манипулировать моей сестрой?

Гнев наполнил мои вены. Я ненавидела его. Каждый его вздох был позором для моей матери.

Ситали схватила меня за предплечье, мой огонь вспыхнул навстречу ее прикосновению. Сводная сестра вскрикнула и опустила руку, в шоке отшатнувшись и ударившись бедром о кровать. Берон услышал шум и ворвался внутрь, переводя мрачный взгляд с меня на Ситали.

Сестра прижала руку к груди, тяжело дыша.

– Что это было? – спросила она. Слова были такими же колючими, как и ее душа.

– У тебя есть свои секреты, Ситали. А у меня свои. – Я пронеслась через комнату, вытолкнула Берона в коридор и захлопнула за собой дверь.

– Итак, – протянул он, – означает ли это, что она не получит приглашения на ужин?

– Пусть ее вещи доставят в комнату, – ощетинилась я. – И лучше, чтобы за ней все время наблюдали.

Он кивнул, выглядя взволнованным.

– Не хочешь рассказать мне, что на самом деле происходит?

Я бросила на него предупреждающий взгляд. Брат Келума поднял руки, отвечая ухмылкой на мой гнев:

– Понятно, не хочешь.

Я бросилась в холл.

– Если у вас с моим братом ничего не получится, знай, я люблю пылких женщин.

Я не остановилась. В этом смысле Берон мне не нравился, и он это прекрасно знал. Ему просто доставляло удовольствие тыкать палкой в львицу, которая рычала. Укуси я его, он бы так не радовался.

Вернувшись в свою комнату, я нашла книгу там, где ее оставила.

Одетая в облегающее платье королевского синего цвета, граничащего с пурпурным, я заперла свою комнату и прошла через холл, чтобы постучать в дверь Келума.

Он встретил меня, когда я возвращалась от Ситали, и спросил, не зайду ли я за ним, когда буду готова к ужину.

Люмин крикнул «Войдите», что я и сделала, ради приличия оставив дверь приоткрытой. Келум был в ванной комнате.

– Я сейчас.

– Не торопись.

Я воспользовалась возможностью побродить по его комнате, быстро поняв, что она обставлена так же, как и моя, оформлена в тех же цветах, с точно такими же стеклянными стенами. Его кровать была огромной, слишком большой для одного человека. Его шкаф был похож на мой. Мебель в моей комнате была изготовлена из светлого дерева, его же – выкрашена в белый цвет.

Свет Люмоса померк. Бог луны почти ушел с небосклона.

– Что ты вообще там делаешь? – спросила я со смешком, пытаясь узнать, сколько еще он пробудет в ванной.

Мне было любопытно, были ли наши комнаты точно такими же, вплоть до тайника, спрятанного в стене. Может быть, именно там Келум хранил корону? Я не нуждалась в этой реликвии, но Ситали, по-видимому, очень хотела ее заполучить. Знай я, что корона здесь, в наше отсутствие я бы попросила Берона поставить охрану у комнаты брата.

Я прошла к стене, ощупывая плитки, пока одна из них не сдвинулась с места. Сунув руку в тайник, я обнаружила, что там ничего нет.

Я закрыла его как раз в тот момент, когда услышала шаги Келума, и бросилась обратно к входной двери. Мое сердце грохотало, огонь, как молния, распространялся по моим венам.