Дом Затмений полностью

Эти двое добродушно помахали мне и Кирану.

– Ты можешь путешествовать в другие регионы? – спросила я.

Келум кивнул, обворожительная улыбка расцвела на его красивом лице.

– Я ежегодно посещаю каждый из них.

Это было мило. Мой отец никогда не покидал свой дворец.

– Мне бы хотелось однажды увидеть заснеженные горы, – сказала я, подталкивая колено Келума своим и сдерживая понимающую усмешку. – Конечно, если это безопасно. Келум считает, что мое тепло может растопить их.

Сидящие за столом рассмеялись.

– Я чувствую исходящий от вас жар, – весело подмигнув, сказал Холстром, один из румяных близнецов. – Возможно, Люмин прав!

Келум ухмыльнулся, когда мы наполнили наши тарелки и гости принялись развлекать друг друга разговорами.

Они явно чувствовали себя комфортно друг с другом. Почти как семья.

Берон указал на блюдо:

– Ты должна попробовать это, Нур. Оно такое острое, что меня бросает в пот.

– Я никогда не потею, – невозмутимо ответила я.

Брат Келума приоткрыл от удивления рот:

– Серьезно?

Я закатила глаза:

– Нет, конечно. Разумеется, я потею. Не от острой пищи, но, например, от напряжения.

– Но не от тепла? – уточнил он.

Я покачала головой:

– Мне никогда не жарко.

Киран молча сидел рядом со мной. Я беспокоилась, что ужин был слишком оживленным после недавнего ухода Сарика. Затем жрец протянул руку и положил в тарелку то, что посоветовал Берон. После чего мой друг отправил в рот кусочек перченого мяса. Через несколько секунд его глаза расширились, и он потянулся за водой, залпом осушив свой бокал.

– Вау, – все, что он смог выдавить, как только вода смягчила пожар во рту. Затем Киран рассмеялся.

Я была рада услышать его смех.

Не желая отставать, я взяла кусочек и медленно жевала, пока Берон, прищурившись, ожидал такой же сильной реакции, как у Кирана, или хотя бы пота, выступившего на моей коже.

– И это ты называешь острым? – спросила я, чопорно проглотив.

Близнецы захихикали, и Малкольм, хлопнув Берона по спине, погрозил пальцем в мою сторону:

– Не шути с ней!

Я взглянула на Келума и увидела, что он тоже улыбается.

После этого все, казалось, погрузились в приятную, дружескую беседу, и ужин прошел незаметно. Каждый из членов совета сказал, что им было приятно познакомиться со мной, и, извинившись, удалился, пока не остались только мы четверо: я, Берон, Келум и Киран.

Молодой жрец кивнул в сторону двери.

– Я собираюсь вернуться в свою комнату, если вам ничего не нужно, Атена, – тихо сказал он.

Я знала – использованием официального обращения он возводит стену между нами. Я так много раз делала то же самое с теми, кто был мне дорог, что понять, какое расстояние он устанавливает между нами с помощью формальностей, не составило для меня труда. Но эта стена, по крайней мере, была необходимой, поэтому я с радостью подыграла:

– Спокойной ночи, жрец.

Он встал и склонился в почтительном поклоне, прежде чем покинуть столовую.

Мгновение спустя в коридоре послышались шаги. Огромный мужчина заполнил дверной проем. Он, ухватившись за дверной косяк, тяжело дышал.

– Простите, что прерываю, Люмин. – После поклона он обратил свое внимание на его брата: – Берон, сэр. У нас возникла непредвиденная ситуация.

– Какая такая ситуация? – холодно спросил тот.

– Девушка сбежала, – тяжело выдохнул великан, одновременно разгневанно и устало. Его лицо было красным, а со лба струился пот.

– Как она могла сбежать?

Ножки стула Берона заскрежетали по стеклянной плитке, когда он поднялся на ноги. Брат Люмина обошел стол и вышел за дверь.

Келум устало вздохнул:

– Они найдут ее.

Я не сомневалась. Независимо от того, насколько решительно Ситали была настроена нарушить правила или как отчаянно она хотела найти корону, чтобы не возвращаться домой с пустыми руками, гнев подпитывал волчьи инстинкты Берона. Как будто прочитав мои мысли, снаружи Дома Луны послышался протяжный волчий вой.

Мы с Келумом подбежали к двери, спустились по большой лестнице и оказались на улице. Берон, все еще находящийся в волчьей форме, медленно кружил вокруг Ситали, у которой хватило наглости зашипеть на огромного, рычащего и щелкающего зубами зверя.

– Я не буду сидеть в клетке! – крикнула она, поворачиваясь вместе с ним по кругу. Она приняла приглашение на опасный танец.

– Ситали! – воскликнула я. Мои глаза быстро привыкали к окружающей нас темноте.

– Твои глаза, – сказала она с отвращением.

Должно быть, огонь во мне зажег их.

– Ты не у себя дома, Ситали. Прояви немного уважения.

Девушка напряженно рассмеялась:

– Я больше не хочу здесь гостить.

Я недоверчиво покачала головой:

– Ты хочешь вернуться в Гелиос?

Моя сводная сестра снова заплакала, хлопая себя рукой по груди, которая взволнованно вздымалась под ее ладонью.

– Я не могу.

– Что ты не можешь?

– Я пока не могу вернуться в Гелиос! Не могу! – закричала она, полностью теряя над собой контроль. – Я не могу вернуться, и ты знаешь почему.

– Ситали, я могу организовать корабль, который доставит тебя домой, – любезно предложил Келум.

Смех Ситали был жалким. Она покачала головой:

– Я не могу уехать без того, что ищу. Верно, Нур?