– Послушай, я знаю, что ты думаешь, – сказал Джек, обняв меня за талию. – Но здесь осталось так много от первоначального облика коттеджа. Ты только посмотри на эти окна! – Он указал на окна фасада, забранные изысканными металлическими решетками. К сожалению, их трудно было рассмотреть из-за чужого барахла.
– Кажется, они действительно старинные, – сказала я, входя в комнату, чтобы разглядеть получше. – Если их вымыть, они будут мило выглядеть. – Я постучала по дереву у края окна, и отвалился кусок. – Правда, нам придется заменить рамы, тебе не кажется?
– Может быть. А вот камин. – Джек пересек комнату и дотронулся до него. – Красивые изразцы, – добавил он. Темно-красные и синие изразцы действительно были бы прелестны, если бы не покрывавший их слой сажи. – И камин действующий. – Он вынул поддон, и поднялось облако черной пыли.
– Мило, – сказала я, однако у меня было такое ощущение, будто я цепляюсь за соломинку. Несколько красивых изразцов в комнате, из которой нужно все выгрести, прежде чем в ней можно будет жить. Я безмолвно молилась, чтобы в других комнатах было лучше.
– А ты что думаешь, Декс? – обратился Джек к коту, открывая коробку. Декстер прижался к дну коробки, отказываясь выходить. – Он скоро привыкнет.
– Пойдем взглянем на кухню – она тебе понравится, – уверенно заявил Джек.
Какой бы она ни была, ничего не может быть хуже нашей тесной кухни на Аддисон-роуд, рассудила я. Но хватило одного взгляда, чтобы понять, как я заблуждалась. Шкафчики 1970-х, облезлый линолеум на полу, старые тарелки и хлам, покрывавшие все поверхности. Единственное, что было здесь хорошо – это темно-красная «Ага»[11]. Подлинный сельский штрих. Если бы не это, кухня походила бы на лавку старьевщика.
– Вероятно, нам придется заменить эти шкафчики, – заметил Джек.
–
Я перевела взгляд с фарфоровых сов на коробки, битком набитые сковородками и фаянсовой посудой, и на картины, прислоненные к стенам.
Пол был покрыт темно-зеленым линолеумом, загибающимся по краям. Между бледно-зелеными шкафчиками в стиле семидесятых кое-где образовались зазоры. Краска на дверях облупилась, а большой холодильник, когда-то белый, теперь приобрел никотиново-желтый оттенок.
– Тут определенно нужно все обновить, – сказал Джек, открывая один из шкафчиков и заглядывая внутрь. Он отшатнулся, словно оттуда дурно пахло.
Барные стойки, покрытые грязью, были завалены листками из блокнотов и поваренными книгами. Я увидела листок, на котором было что-то написано, и взяла его в руки.
ИНГРЕДИЕНТЫ:
Я положила листок под кружку с совами, стоявшую рядом с той, на которой была надпись «Самая лучшая мама в мире». Мне трудно было как следует разглядеть кухню из-за всего этого
Мы продолжили осмотр первого этажа. В туалете на первом этаже была крошечная душевая кабинка с сиденьем, установленная в углу; со стены свисали древние трубы.
– Такое впечатление, что до них не дотрагивались веками, – сказала я. – Нам нужно будет пригласить водопроводчиков, чтобы сменить трубы.
Я вспомнила записи инспектора: он упоминал, что множество вещей придется обновить. Однако я не ожидала, что все так плохо.
– Пойдем взглянем на погреб. – Джек повел меня вниз по лестнице. – Великолепное место для хранения вещей, – сказал он, явно не замечая запаха сырости, который бил мне в нос.
– Может быть, посмотрим на сад? – спросила я, остановившись на середине лестницы. Мне было необходимо выйти из дома, чтобы увидеть вещи в истинном свете. Мы прошли через кухню к двери черного хода. К счастью, этот выход не был ничем завален.
Джек нашел нужный ключ на нашем новом кольце для ключей и открыл дверь, ведущую в сад.
– Давай выйдем и подышим свежим воздухом.
– Хорошая идея.
Я стремилась покинуть это душное, захламленное пространство, вызывающее клаустрофобию. Иногда я дразнила маму за то, что она не могла расстаться с сувенирами и памятными подарками, но я никогда раньше не видела дом настоящей барахольщицы. Похоже, мы ухитрились купить именно такой дом.
Выбравшись наружу, я забыла о хаосе в доме. Лето было на исходе, и уже исчезла яркая зелень и красная россыпь маков. Теперь сад выглядел иначе, чем в прошлый раз. Но и в осени была своя прелесть: листья на дубе стали светло-коричневыми и золотистыми, опавшие листья образовали ковер на земле, и свет красиво падал на высокую траву.
– Великолепно, не правда ли?
– Да, – согласился Джек. – Такой простор.
– О господи, Декстеру тут будет на кого поохотиться, не так ли? – сказала я с кривой улыбкой. Наш пестрый кот был опытным охотником на птиц и мышей и даже в городе умудрялся чуть не каждую неделю приносить добычу, у которой был гротескный вид без головы.
