С трудом верилось, что я стою перед домом таинственного Чендлера. От волнения сводило желудок.
Я взглянула на Харли, и та моргнула ореховыми глазами.
– Что ж, была не была.
На пороге дома появилась женщина в свободной белой блузке и расклешенных брюках. Глаза озорно поблескивали, в короткой модной стрижке проглядывала седина.
– Чем могу помочь?
Я почувствовала себя узником за железными прутьями тюремных ворот.
– Здравствуйте, я ищу мистера Флинна Тэлбота.
Должно быть, экономка, сообразила я. Миссис Оутс, кажется?
Она сощурила синие глаза:
– А вы кто будете?
Я понимала: назвавшись журналисткой, я, скорее всего, лишала себя возможности поговорить с хозяином дома, и все же врать не собиралась. Слова Флинна все еще звучали в ушах. В их семье фальши хватало и без меня. И если Флинн не соврал (в чем я не сомневалась) и его дед, он же Чендлер, когда-нибудь решит открыться, какой это произведет фурор!
– Я репортер из журнала «Богиня».
Миссис Оутс сощурилась еще больше.
– Меня зовут Леони Бакстер. Только я здесь не в профессиональном качестве, а как друг миссис Лили Крукшенк.
От удивления миссис Оутс открыла рот:
– Простите, как вы сказали? Лили Крукшенк? Как она?
– Ничего, – уклончиво ответила я. – День на день не приходится.
Женщина сунула руки в карманы своих пепельных брюк и понимающе кивнула.
– Надеюсь, с ней все в порядке.
Я сжала в руках поводок Харли.
– Я тоже надеюсь и, собственно, потому и пришла. Ко мне попало письмо, которое мистер Тэлбот написал Лили в тысяча девятьсот семьдесят третьем году.
Глаза миссис Оутс округлились.
– Невероятно!
Она оглянулась и с тревогой посмотрела через плечо в натертый до блеска коридор. Затем спустилась по ступенькам и подошла к воротам.
– А как к вам попало письмо, мисс Бакстер?
– Зовите меня Леони.
– Леони, – повторила она с натянутой улыбкой.
Харли смотрела то на меня, то на миссис Оутс и приветливо помахивала хвостом.
– Я случайно наткнулась на него в доме с названием «Мерри-Вуд».
Миссис Оутс ахнула и прижала руку к груди.
– Да что вы? Мерри-Вуд давно продан!
Еще один человек, заблуждавшийся насчет судьбы дома. Я замотала головой.
– В том-то и дело, что нет. Очень странная история. В Мерри-Вуде сохранилась вся мебель, и его владельцами по-прежнему значатся мистер и миссис Тэлбот.
Миссис Оутс задумалась:
– Ничего не понимаю. Тут какая-то ошибка. Тэлботы продали дом, когда развелись.
Внезапно наш тихий разговор был прерван.
– Да как вы смеете! – Гневный окрик из дома заставил нас обеих вздрогнуть.
На пороге возник Флинн Тэлбот-старший, с взъерошенными седыми волосами, пышными усами и громовым голосом. Сначала он обрушил свой гнев на миссис Оутс:
– Сплетничаете обо мне, Мэри? Я считал, что вам можно доверять.
– Не говорите глупостей, никто не сплетничает.
Он прорычал что-то невнятное и повернулся в мою сторону. Его бледно-голубые глаза пылали.
– А что касается тебя – убирайся вон и забирай свою шавку!
Харли басовито гавкнула.
– Мистер Тэлбот, не знаю, что вы успели услышать…
– Достаточно, чтобы понять, что ты суешь нос не в свои дела. Мерри-Вуд никого, кроме меня, не касается, не говоря уже о продажных репортерах. – Его лицо исказила гримаса отвращения. – Небось, мой внучек подослал?
– Ничего подобного! – Я сунула руку в сумку и достала конверт. – Я нашла письмо…
– Слышать не хочу! – даже не взглянув на письмо, прорычал он. – Сначала внук объявляется ни с того ни с сего после стольких лет, а теперь вот ты. Уж точно не случайно!
Он воинственно сложил руки на груди, угрожающе глядя исподлобья:
– Уходи немедленно, иначе вызову полицию.
– Послушайте, мистер Тэлбот…
Старик совсем рассвирепел:
– Убирайся! Сейчас же!
Миссис Оутс предупреждающе кивнула, призывая подчиниться. Я в досаде сунула злополучное письмо обратно в сумку и потянула Харли прочь.
На следующее утро Керри подловила меня, пока я шла к своему столу, грея руки о купленный по дороге ароматно дымящийся кофе.
– Прости, Леони, что сразу набрасываюсь. У тебя не найдется минутка? По поводу истории с Лулу Старк.
Я включила компьютер и кинула куртку на спинку стула.
– Конечно.
Керри выглядела изможденной.
– Что с тобой? – спросила я.
Та не успела ответить.
– Леони, к тебе джентльмен, – прервала нас Орион. – В приемной ждать отказывается, говорит, дело срочное.
Из-за ее спины материализовался Флинн Тэлбот-младший: в приличном костюме и ботинках, зато с лицом мрачнее тучи.
– Потом поговорим, – стушевалась Керри и исчезла.
Вид у Флинна был очень грозный.
– Может, не будем стоять у всех на виду?
Коллеги оторвались от экранов, оценивая высокого хмурого незнакомца.
Я проводила его в комнату отдыха.
Не успела я поставить бумажный стакан с кофе на стол, как парень набросился на меня с обвинениями.
– Какого черта тебе неймется? Только что звонил разъяренный дед, сказал, что вокруг дома слонялась журналистка и выпытывала всякую информацию у его домработницы. – Он с досадой фыркнул. – Так и знал: пожалею, что язык распустил!
Я остановила его жестом:
– Эй, минуточку! Я вовсе не за тем ездила к твоему дедушке. И нигде я не слонялась и ни у кого ничего не выпытывала!
