Темно-синяя рубашка и светлые брюки Флинна смотрелись отлично под длинным пальто в военном стиле. Откинутые назад волосы были еще немного влажными после душа. Я заставила себя сосредоточиться на отеле, отогнав мысли о Флинне и душе. Мы встретились по делу, заключив для этого временное перемирие. Он понял, что мне можно доверять, а я обнаружила, что он не такой уж заносчивый кретин, каким показался вначале. Только и всего – ничего больше.
– Ты когда в последний раз разговаривал со своей бабушкой?
– Пару месяцев назад. Мы виделись в один из ее мимолетных визитов.
– То есть вы с ней довольно близки?
Лицо Флинна приняло насмешливое выражение.
– Не знаю, можно ли вообще сблизиться с Астрид. – Я притормозила, гадая над смыслом его слов, а он подтолкнул меня к стойке. – Сама поймешь, когда увидишь.
Кремовый интерьер отеля оживляли роскошные рождественские декорации и праздничные букеты насыщенных красно-бордовых оттенков в высоких позолоченных вазах. В фойе гостей приветствовала громадная, словно перекочевавшая сюда прямиком из Нарнии, серебристая елка.
Мое внимание привлекла безупречно одетая стройная женщина с прямыми седыми волосами до плеч. На ней была длинная туника и такие же просторные брюки, на груди поблескивали деревянные бусы.
При виде Флинна ее загорелое лицо расплылось в удивленной улыбке.
– Бог ты мой! А ты что здесь делаешь? У меня встреча с какой-то журналисткой.
Флинн бросил на меня вопросительный взгляд:
– Это я, миссис Тэлбот. Леони Бакстер.
– А я с Леони, ба.
Астрид Тэлбот рассеянно пожала мою протянутую руку – ее вниманием полностью завладел внук.
– Не знала, что ты с кем-то встречаешься. Да к тому же с журналисткой! – Хотя она натужно улыбнулась, взгляд мутно-голубых глаз оставался серьезным.
– Нет-нет, что вы! Мы не встречаемся, – смутившись, поспешила заверить ее я.
Флинн уставился на меня, насмешливо изогнув бровь.
Наконец он перестал на меня пялиться и обнял свою бабушку. Астрид подставила щеку, которую он бегло чмокнул.
– Опять репортерша, Флинн? Тебя хлебом не корми, дай поиграть с огнем.
Я так резко повернулась к Флинну, что даже шея хрустнула. Опять репортерша? Это как понимать?
На лице парня промелькнуло раздражение, которое он тут же подавил.
Астрид Тэлбот жестом пригласила нас сесть напротив нее в укромном уголке фойе. Сложив наманикюренные руки одна на другую, она спросила:
– Ну, и что у вас за дело?
– Понимаешь, ба, какая-то странная история, – начал Флинн. – По поводу Мерри-Вуда.
– А что с ним? – Миссис Тэлбот поджала тронутые розовым блеском губы. – Вы и по телефону про дом спрашивали. – Она театрально поежилась. – Я была рада от него избавиться, мне там никогда не нравилось. Бог знает, что твой дед в нем нашел. – Она откинула волосы назад. – Нам повезло, что дом кому-то приглянулся.
Я нахмурилась. Мерри-Вуд был великолепным местом, хотя ему недоставало любви и заботы. Величественный особняк, а уж про сад и говорить нечего. Немного ухода – и глаз было бы не оторвать.
– В том-то все и дело, – отважилась я. – Похоже, Мерри-Вуд до сих пор не продан.
Астрид Тэлбот рассерженно тряхнула волосами.
– Ошибаетесь, милочка. С чего вы взяли? – Ее ледяной взгляд пригвоздил меня к месту. – Дом был продан много лет назад, сразу после нашего возвращения из Африки. – Тон становился все более вызывающим. – И я вам об этом сказала по телефону.
– Дедушка тебе наврал, дом не продан, – вставил Флинн.
– Не говори ерунды.
Она сердито взглянула на внука, который продолжал молча смотреть на нее в упор, и заерзала на месте.
– Ты серьезно?
Я подалась вперед:
– Миссис Тэлбот, а женщину, что жила напротив Мерри-Вуда, вы помните? Лили Крукшенк?
Лицо бабушки Флинна приняло странное выражение.
– Помню, как ни странно, – кивнула она. – Миловидная, но, кроме огненно-рыжих волос, ничего особенного. – Ее губы презрительно изогнулись. – Ох, и горевала же она, когда мы собрались в Африку. По-моему, она к твоему деду неровно дышала. – Астрид откинулась на спинку дивана. – Бедолага!
«Мама дорогая, – подумала я, – разговор будет не из легких».
– Мне в руки попало письмо, – осторожно подбирая слова, начала я. – Оно написано вашим бывшим мужем и адресовано Лили.
Миссис Тэлбот несколько раз моргнула, не сводя с меня глаз.
– Подумаешь! Да у него во время нашего брака перебывала целая вереница женщин. Даже вспоминать противно. – Она протянула руку. – Можно взглянуть на письмо?
Я покачала головой:
– Боюсь, что нет. Оно принадлежит Лили. Было бы непорядочно показывать другим то, что предназначено только для ее глаз.
Во взгляде собеседницы появилось жесткое выражение.
– Как благородно с вашей стороны.
Я вздрогнула, но промолчала. На обиженную жену Астрид явно не тянула. Она театрально вскинула голову и добавила:
– Не удивлюсь, если он успел-таки ее трахнуть.
– Ба! – в ужасе отпрянул Флинн.
– Да ладно, с ней все сразу было ясно. Каждый раз при виде твоего деда слюни пускала. Классический случай… Только неужели нам больше нечего обсудить кроме того, с кем он спал? – Она пристально посмотрела на Флинна. – Объясни наконец, что там за чертовня с Мерри-Вудом?
