– Я руководитель канцелярии, – ответил Дебб неохотно. – Но я полагался на то, что мои сотрудники достаточно компетентны и не станут совершать… грубых ошибок.
Он с укоризной посмотрел на женщину. Та, тяжело дыша, смотрела на него в ответ. Пытаются свалить вину на нее, подумал Гюнтер.
– Можете что-нибудь сказать по этому поводу, мисс Беннет? – задал вопрос Сайм.
– Я не знаю, как тот кенийский документ оказался в секретной папке. Раньше я никогда его не видела.
Говорила она спокойно и четко. Внешне не особенно привлекательна, отметил Гюнтер, зато, вполне очевидно, умна.
– И как, по-вашему, он там оказался? – устало спросил Дебб. – Решил немного прогуляться, надо полагать?
– Я не знаю. Клянусь.
Она говорит правду, решил Гюнтер. Но не всю.
– Немногие женщины выполняют такого рода работу, – заметил Сайм. – Думаю, это не самое подходящее для них занятие, в отличие от учительства или ухода за детьми.
Он пытался спровоцировать мисс Беннет, но та не поддалась.
– Я тринадцать лет на службе, – сообщила мисс Беннет ровным тоном. – Прошла все проверки безопасности. По-моему, у мистера Дебба никогда не было повода для недовольства мной.
Она с чувством посмотрела на начальника. Тот сердито надулся.
– Вы скомпрометированы, – с горечью проговорил он. – Скомпрометированы. – Он посмотрел на Сайма. – Мне кажется, это не просто совпадение: с папкой, откуда пропал означенный документ, работал сотрудник, с которым мисс Беннет, как известно, состоит в тесных дружеских отношениях. – Он впился обвиняющим взглядом в Хабболда. – Ваш подчиненный. Мистер Фицджеральд.
Выходит, Дебб тоже увидел связь, отметил Гюнтер.
– Той папкой пользовались и другие люди, – возразил Хабболд с внезапным раздражением.
Кэрол посмотрела на Сайма:
– Мы с мистером Фицджеральдом дружим уже много лет. Но мы просто друзья.
– Мужчина и женщина не могут быть просто друзьями, – отрезал Дебб. – Это не в природе вещей.
– В этом что-то есть, – согласился Сайм и, глядя на Кэрол, изогнул бровь. Лицо ее наливалось краской. Инспектор задал ей прямой вопрос: – Вы состоите во внебрачных отношениях с Дэвидом Фицджеральдом?
– Нет, – ответила она твердо.
– Они ходят иногда на концерты, – сказал Дебб. – В министерстве об этом бог весть сколько времени шушукаются.
Улыбка Сайма стала скабрезной.
– И куда же вы наведываетесь, а? В ближайший отель?
– Мы ходим на обеденные концерты, и это все, – ответила Кэрол. Голос ее дрожал. – Расследуйте сколько хотите, спросите у Дэвида… у мистера Фицджеральда. Вы не найдете ничего компрометирующего. Ничего. Никогда. Он женат.
Гюнтер уловил печаль в ее тоне и подумал: «Тебе очень хотелось бы, чтобы он был холост».
– Дружба. Только и всего, – сказал он. – Но не мог ли мистер Фицджеральд благодаря этой дружбе получить доступ к секретным документам?
Кэрол посмотрела на него, сглотнула, потом набрала воздуха в грудь:
– Вы ведь немец, да? Вы-то как в этом замешаны?
– Это вас не касается, – грубо осек ее Сайм. – Он работает со мной, вот что важно. Отвечайте на вопрос.
– Мне неизвестен ни один способ, как Дэвид мог получить доступ в секретное хранилище, – сказала она. – Я никогда не обсуждала с ним мою конфиденциальную деятельность и не собираюсь этого делать. И он никогда меня о ней не расспрашивал.
– Как насчет ключей от комнаты, где хранятся секретные документы? – осведомился Гюнтер. – Вы не давали ему возможности заполучить их?
– Разумеется, нет, – ответила она, и в голосе ее звучала искренность отчаяния. – На работе я постоянно держу ключи при себе, а уходя домой, оставляю их на вахте. – Кэрол твердо посмотрела на них. – Это нечестно: вы никогда не стали бы задавать такие вопросы, если бы речь шла о дружбе между двумя мужчинами.
Сайм расхохотался:
– Я бы мог рассказать вам пару историй на эту тему.
Хабболд и Дебб брезгливо переглянулись.
«Ключи, – подумал Гюнтер. – Существует много способов сделать копии ключей».
– Итак, факт, что один из немногих, кто имел доступ к папке, ваш друг, – это просто совпадение? – обратился он к Кэрол.
– Я не знаю, о чем вы говорите, – с нажимом ответила она. – Не понимаю, куда клоните.
– Вы с мистером Фицджеральдом разговаривали когда-нибудь о политике?
– Нет, – с трудом проговорила она.
– Вам известны его политические взгляды? – спросил Сайм.
– Нет.
– А ваши?
– У меня их нет. – Голос ее звучал устало. – У меня есть больная мать, за которой нужно ухаживать. Есть работа. Мне нет дела до политики.
На минуту повисла тишина. Гюнтер посмотрел на Сайма, потом сказал:
– Думаю, пока это все, о чем мы хотели спросить у мисс Беннет. – Он встал, остальные последовали его примеру. Гюнтер улыбнулся Кэрол. – Благодарю вас, мисс Беннет.
Она посмотрела на него нерешительно, потом вышла.
– Я отстранил ее от выполнения обычных обязанностей, – обратился Дебб к Сайму, едва дверь закрылась. – И лично работаю теперь с секретными папками. Так годится?
– Думаю, да. На данный момент.
– Постоянному секретарю следует сообщить. Немедленно. Полиция в офисе!
