— Придержи ее! — Пропыхтела я, ему удалось вцепиться твари в шею. Та вскинулась и принялась полосовать мужчине лицо, я оперлась на левый локоть и нанесла твари несколько ударов наотмашь. Она вяло дрыгнулась и свалилась грязной кучей.
— Ты цела? — Гулко спросил Кинжал в глубину пещеры.
Кряхтя, я принялась изворачиваться, чтобы добраться до выхода.
— Сдвинься куда-нибудь, — ворчливо сказала я, — иначе я отсюда не вылезу. Хотя …
Повернув голову, я взглянула на солидную кучку украшений. Рядом с ними грудой валялись заскорузлые от засохшей крови обрывки одежды. Содрогнувшись от омерзения, я все же распласталась и принялась подгребать к себе украшения пополам с костями.
— Тебе там понравилось, что ли? — Раздраженно спросил Кинжал. — Останешься тут жить?
— Да погоди ты! — Отмахнулась я. — У тебя есть какая-нибудь сумка?
— Что? — Озадаченно переспросил он. — Какая еще сумка?
— Ну или мешок. Что-нибудь эдакое, куда можно насыпать всякие блестяшечки и прочие полезные по хозяйству богатства.
Кинжал пихнул меня чем-то в бок. С оханьем я кое-как повернулась в ту сторону и обнаружила мех.
— Ты хоть воду-то вылил из него? — Осведомилась я, вздохнула и взяла мех, у меня уже спину ломило и все тело ныло от неудобного положения. — Уйди в сторону, ты мне свет загораживаешь!
— Покомандуй мне еще, — пригрозил Кинжал, но куда-то сдвинулся.
Ага, идите сюда, красавчики и красоточки мои! Вот эти сережки дивно подошли бы к тому платью, что осталось в моем родном мире, а эта бляха явно отлита из цельного куска золота. Да еще и каменюка какой блестящий в середке! Представляю, сколько это может стоить. Душа моя радовалась каждому предмету, который попадал в руки. Это ж как удачно я сюда попала! Судя по мелькающей тени, Кинжал маялся от любопытства и тоже хотел поглядеть, чем я набиваю его бурдюк для воды.
Эх, хорош мех и размерчик-то ого-го! Главное, не прихватить костей вместе с богатствами. Справившись наконец с обогащением, я попыталась развернуться к выходу головой, затем ногами, после чего с ужасом поняла, что сама не вылезу. Как эти твари умудрились впихнуть меня в такой закуток?
— Кинжал! — Завопила я, пихая ноги в дыру выхода. — Вытащи меня отсюда! Я застряла!
В щиколотки мне вцепились две крепких руки и я поехала, собирая себе под одежду кучу царапучих костей. Небольшая заминка возникла, когда я попыталась прижать мех к себе — увы, вместе мы никак не вписывались в дыру, так что пришлось передать сокровища в руки Кинжала, а уже потом выбираться самой. Выступ перед пещеркой тоже был, прямо скажем, не велик, так что я едва не сверзилась с него. Потеряв равновесие, я вскрикнула, схватила Кинжала за шею и сообщила интимным голосом:
— Если ты не снимешь меня отсюда — я умру. От ужаса. Или путем падения вниз с ломанием шеи. Или и то и другое вместе.
— Ох, бабы, — проворчал он, — вечно от вас одни проблемы. Давай, перелезай мне на спину. И мех мой не потеряй!
Со страху я продемонстрировала чудеса акробатики и даже не выронила наш мешок с сокровищами. Кинжал принялся спускаться вниз — оказывается мы были достаточно высоко, метрах в пяти от твердой горизонтальной поверхности. Спустившись, Кинжал ссадил меня на покрытый мхом камень, склонился, уперев руки себе в колени и попытался перевести дыхание.
— Дык что там у тебя? — Он махнул в сторону раздутого меха и утер залитое потом и кровью лицо каким-то лопухом. — Ты можешь мне объяснить, что на тебя нашло? Мы вроде бы замечательно шли в темный храм, за огромными богатствами и тут ты сбегаешь. Это что вообще было?
— Прости, — покаянно сказала я, — мне нужно тебе кое-что рассказать … вернее, объяснить …
— Так, возвращаемся в лагерь и я иду на охоту. Время к вечеру, а мы еще не жрамши, не … гм … не отдохнувши, словом. — И он, не оглядываясь, принялся выбираться из ложбины. Что ж, я стряхнула с себя остатки костей, поправила одежду и поплелась за ним.
Кинжал полностью взял лагерь на себя, определив ему место у ледяной горной речушки, среди густых зарослей кустов. Буркнув, чтобы я сложила очаг и наломала хворосту, он скрылся. Логично. Он добывает мясо, а я готовлю место для его готовки. И нечего выпендриваться «я же девочка», «я не могу» или «у меня лапки», есть-то будем оба. К тому же, он мне только что жизнь спас. Кто бы еще рассказал мне как правильно складывать очаг. Ладно, подключим логику к интуиции, глядишь и выйдет что-нибудь путное.
ГЛАВА 16.
Кинжал вернулся когда уже стемнело. Если честно, я начала бояться, что он сверзился в какое-нибудь коварное ущелье и переломал себе ноги. Что мне делать в таком случае — понятия не имею. Но он пришел и даже притащил какую-то зверушку вроде пухленького оленя, только маленького и без рогов. Молча запалив хворост, Кинжал кивнул на добычу:
— Разделывать умеешь?
— Эээ …, — я была огорошена этим вопросом, если честно, — ну, я знаю, что нужно вот так разрезать горло и спустить кровь. А потом воооот так разрезать пузо и вроде бы выкинуть все оттуда … и еще знаю, что шкуру надо снять. Вот.
— Ясно, — вздохнул Кинжал, — значит, не умеешь.
