Через пару секунд дверь открылась, мужчины вошли в подъезд, а потом молча и не торопясь поднялись по лестнице. Перед дверью на третьем этаже они остановились и еще раз убедились, что прибыли по адресу, взглянув на табличку под звонком. Оба надели хирургические перчатки. Внимательный наблюдатель обратил бы внимание, что у того человека, что повыше, два пальца в левой перчатке остались пустыми. Высокий приложил ухо к двери и прислушался. Переговариваясь с помощью условных знаков, незваные гости определились с порядком действий. Снова настал черед воспользоваться отмычкой. Танто пока были спрятаны в ножнах, пристегнутых к предплечьям. Такой способ носить ножи позволял приблизиться к жертве так, чтобы она не заподозрила их истинных намерений. Полезное преимущество. Когда жертва начинала что-то подозревать, обычно бывало уже поздно.
В квартире их встретила темнота, что выглядело немного странно. Низкорослый бесшумно закрыл за собой дверь, а высокий нащупал выключатель. Похоже, дома никого не было. Методично они прочесали комнату за комнатой, стараясь, чтобы входная дверь всегда оставалась в поле зрения. Если бы кто-то прятался от них в доме, внезапная попытка выскочить из какого-нибудь укрытия и убежать была бы обречена на провал. Через десять минут выяснилось, что квартира действительно пуста. Тот, что повыше, вытащил из кармана телефон, защищенный от прослушивания, и набрал номер, который знал наизусть. На другом конце сразу взяли трубку, но ответа не последовало. Но он, собственно, и не ожидал ответа.
— Нам нужна информация, — проговорил он тихим голосом.
Кардинал Монти, тяжело дыша, упал на диван. Он представлял собой жалкое зрелище. По липу разлилась смертельная бледность, щеки впали, он был небрит, в грязной одежде и в кожаных тапках на босу ногу. Кавелли протянул ему стакан тиньянелло[50], которое кардинал выпил одним глотком. Беатрис последовала его примеру и пригубила свой бокал. Затем кардинал кратко поведал о том, что с ним произошло. Беатрис побледнела и прошептала едва слышным голосом:
— Дон!
Это прозвучало с такой надеждой, как если бы она верила в то, что он способен совершить чудо и вернуть все на круги своя. Лицо Кавелли помрачнело, он задумчиво уставился в пустоту. Но это продолжалось недолго, через пару минут он, видимо, принял какое-то решение.
— Мы должны…
Громкие шаги на лестнице заставили его замолчать.
— Беатрис, быстро, выключи свет!
Сделав два шага, она оказалась у выключателя.
— Что там… — прозвучал из темноты неуверенный голос Монти.
— Тсс! Ни слова! — прошептал Кавелли. — Они ищут вас в вашей квартире.
Некоторое время никто не осмеливался пошевелиться. Кажется, спустя вечность на лестнице вновь раздался шум, и, наконец, с грохотом захлопнулась входная дверь парадной. Кавелли осторожно подошел к одному из окон в гостиной и выглянул в сад.
— Похоже, они ушли. Интересно, надолго ли. Этот визит, вероятно, был чистой импровизацией, вдруг да повезет. Но в саду повсюду камеры. Как только они их проверят, они будут знать наверняка, что вы находитесь где-то здесь, в доме. Вот тогда они перевернут здесь все сверху донизу.
Монти пришел в себя и отчаянно закивал головой.
— Ради Бога!
— И, возможно, это даже не самая большая опасность, — Кавелли очень не хотелось верить в то, что он говорит, но все же… — Что, если люди, которые хотят убить вас, догадаются проверить камеры первыми?
Беатрис смотрела на Кавелли широко раскрытыми глазами, ее рот приоткрылся, словно она хотела что-то сказать, но она так и не произнесла ни слова. Голос Кавелли звучал спокойно и жестко. Как и раньше, в моменты опасности вся его любезность куда-то пропадала, и в нем просыпались гены его прародителя, пресловутого капитана Умберто Кавелли, как будто тот таинственным образом принимал командование на себя.
— Мы должны убраться отсюда. Все трое. И как можно скорее!
— Куда мне деваться? — застонал кардинал Монти. — И к тому же в этом наряде? Я…
— Позади вас моя спальня, — прервал его Кавелли. — В шкафу найдите спортивный костюм, думаю, он вам подойдет, ваше высокопреосвященство. Но поторопитесь!
Когда Монти исчез в спальне, Кавелли побежал на кухню, встал на стул и выудил какой-то предмет из старого терракотового горшка, стоявшего на подвесном шкафу. Что-то звякнуло, когда он соскочил со стула.
— Куда мы пойдем, Дон? — теперь голос Беатрис звучал чуть более спокойно.
Кавелли глубоко вздохнул.
— Туда, где нас никто и не подумает искать. — Он бросил взгляд на связку ключей в своей руке. — И за это я обязательно попаду в ад.
Кавелли вышел из дома первым, а Беатрис и кардинал Монти остались ждать на неосвещенной лестничной клетке. Только убедившись, что поблизости никого нет, Кавелли поманил их к себе. Они пересекли двор, свернули в узкий проход, сразу за ним — в другой, и уперлись в стену с невзрачной дверкой.
