Йошка с дворняжкой успели уже и пописать, и перекусить, и помыть лапы, когда оркестр перешёл на более спокойный репертуар: вальсы и польки. Среди немногочисленных прогуливающихся по саду они выискивали даму с собачкой, которая должна была провести их к особенной двери в гроте, за спиной оркестрантов. Наконец, дворняжка принюхалась, и Йошка поняла, что связные уже близко. По дорожке к ним бежал белый пудель, таща за собой на поводке какую-то крошечную старушку в кимоно. Когда они подошли, щели для глаз у неё оказались так узки, что можно было принять её и за слепую, но пёс разоблачил себя в два счета.
«Пардон, шалава, – тявкнул он дворняжке голосом прожженного мажора. – Я бабку приволок. Где обещанное?»
Собачка с ужасом подняла морду к Йошке. Та, оценив обстановку, вынула из сумочки сотню баксов, свернула их трубочкой и аккуратно запихнула деньги пуделю в ошейник.
Пёс достоинства не потерял: дёрнул свою хозяйку за поводок и подтянул ближе к компании. «Травэ-тян», – тявкнул, как чихнул, пудель.
– Йошка, – протянула руку старушке Йошка.
«Жучка», – повернулась к пуделю хвостом дворняжка.
Старушка руку не приняла, сложила ладошки к носу и поклонилась. Пудель принюхался к тому, что оказалось у сучки под хвостом, и тряхнул кудрявой гривой: «Жан!»
После представления друг другу Жан с Жучкой отошли за ближайшее дерево, а Йошка пыталась затеять разговор со старушкой на каком-нибудь из известных языков, у неё ничего не получалось и тут она выругалась по-согдиански.
– Сами вы – это слово, уважаемая, – немедленно откликнулась тонким голоском старушка. – Выбирайте слова. И не торопитесь… Сейчас животные удовлетворят друг друга, и я вас провожу куда надо.
– А можно, Жучка с Жаном останется, а вы меня пока пропустите?
– Она сама дорогу домой найдёт? Без поводка?
– Уж поверьте! У неё в этом огромный опыт…
– Однако, странно, – пожала худыми плечами старушка. – Девушка, ночью, без провожатого… Впрочем, современная молодёжь не столь безобидна. Может за себя постоять, не то, что мы в своё время… Хорошо, – решительно согласилась она и бросила шлейку на дорожку. – Жан тоже не подарок!.. Пошли.
Бабушка первая перелезла через верёвочное ограждение перед входом в грот и, подтолкнув головой в локоть первую скрипку, наяривавшего уже «Хава Нагилу», потянула Йошку за рукав к правой крайней колонне. Здесь она приложила к пуговке датчика социальную карту пенсионера, часть колонны отодвинулась в сторону, и они попали внутрь кабины белоснежного лифта, едва освещённого, тут же, как дверь закрылась, устремившегося вниз на неизмеримую глубину.
Йошка была в восторге. Со времён Согдианы и лифтов внутри Арарата она такого ещё не испытывала. Состояние падения было настолько близко к оргазму, что выражение «падшая женщина», внезапно врезавшееся в её голову, вернуло её к тем безумным ночам, когда отобранные Цилей старшеклассники по десятку теряли невинность в её объятиях.
Старушка, похоже, испытывала другие чувства. Присев на корточки в уголке кабины, она освобождалась от лишней жидкости в своём сухоньком организме. А так как жидкая составляющая в её теле была не определяющей, то и запаха привычного из-под неё не исходило. Так могло пахнуть из стиральной машины при последнем отжиме…
Когда кабина остановилась, старушка в бессилии лишь махнула рукой на прощание, но с места не двинулась. Лифт ушёл вверх вместе с нею. Йошка вышла по слабо освещённой лестнице на платформу перед рельсами, очень похожими на рельсы метро, залитыми водой. Вокруг никого не было. Через минуту подошли два пустых вагона с невидимым машинистом. Когда двери открылись, чей-то голос предупредительно произнёс: «Не лезь! Тебе не туда!» Йошка вернула ногу из вагона на платформу. Так повторилось ещё трижды, прежде чем она услышала: «Осторожно! Двери закрываются! Следующая станция «Конечная». Не забудьте войти в вагоны!» Йошка вскочила внутрь, и поезд, притушив свет, полетел неведомо куда…
Нет, c Гиперлупом это было несравнимо. И если лифт просто падал с головой в пропасть, когда внутренности оставались на месте, то в вагоне всё вокруг тряслось и качалось в разных направлениях, как на лёгком катамаране, который идёт поперёк волн при боковом ветре. Йошка подумала ещё: откуда к ней пришло это сравнение, если опыта таких поездок у неё не было, как вагон вылетел вдруг на ярко освещённую поверхность воды и пролетел по ней такое расстояние, что и из окна было видно, каков ветер и встречный поток в этом чудесном подземелье. Нырнув вниз, состав ещё с час шнырял по каким-то полутёмным закоулкам, пока не затормозил и встал, наконец, в полной темноте. Двери не открывались. Йошка начала прислушиваться, что происходит вокруг.
