– Честно? Думаю, что ты рано или поздно наиграешься. Нет-нет, – я прервала возможные возражения, – я не обесцениваю твои эмоции. Наоборот, я абсолютно уверена, что сейчас ты эмоционально вовлечен больше меня или Артура. Ведь это благодаря тебе мы втроем столкнулись лбами, даже не отрицай. Почему Артур? Это я его выбрала? Или если бы тебя не устраивала его кандидатура, то Артура бы и рядом не оказалось? И ты это устроил – испытал вашу ненависть на прочность, сосредоточив ее на страсти ко мне. А ты во все чувства погружаешься с головой, не умеешь наполовину. Именно поэтому твою симпатию я ощущаю отчетливо, она для меня с первого дня очевидна.
Он воскликнул:
– Кошмар, зеленоглазка! Ты только что отняла у меня роль главного знатока человеческих душ! Ладно, негодяйка, продолжай нас препарировать.
Я кивнула и уставилась снова вперед, чтобы не сбиться с той мысли, которая все последние дни выстраивалась и только теперь обретала форму:
– Скорее всего секс втроем у тебя раньше был – да что там, если бы на это делали ставки, то я бы выиграла миллион. – Данила усмехнулся, но перебивать не стал, и я продолжила: – А может, и гораздо многолюднее, чем втроем. Ты слишком запросто все воспринял и как будто знал, что делать, чтобы никому не сбить настрой. Но с тобой ни разу не было такого, чтобы это были какие-то долгосрочные отношения. И тебя это чрезвычайно затягивает. Все, что смущает меня или ломает Артура, к тебе не имеет никакого отношения – ты наслаждаешься всем здесь и сейчас, а париться будет кто-то другой. Но рано или поздно новизна пройдет, ведь она исчерпаема. И тогда тебе постепенно станет скучно. Ты уйдешь – без претензий и обид, без слезных расставаний и драм. Просто уйдешь искать другое. А мы с Артуром останемся.
Я замолчала. Кажется, это была самая понятная часть, до которой уже все так или иначе дошли.
– И что будет дальше? – подтолкнул он. – Не останавливайся, Лика, я хочу услышать твои мысли и на этот счет.
– А дальше, – я вздохнула, соображая, – дальше спрогнозировать сложнее. Мы с ним очень подходим друг другу – и в какой-нибудь другой реальности уже давно были бы женаты. Но когда мы останемся после тебя, то будем помнить, что именно ты нас и столкнул. Нет, это не станет проблемой. Проблемой будет другое – Артур обратил на меня внимание только из-за того, что ты его спровоцировал на это. С ревностью он осознал, что я могу ему нравиться. Но именно ты хлопнул его о выбор: ему оставалось или быть собой, или быть счастливым. Он выбрал то, чему мы свидетели. И сейчас он совсем другой – я слышала этот смех человека, для которого весь мир стал меньше одного эмоционального момента. Вот я и не знаю, останется ли он таким же или вернется в свое статичное состояние.
– Уже не вернется, – серьезно заметил Данила. – Бывших наркоманов не бывает.
– Ты о чем?
– Артур из-за тебя постепенно сдает все позиции. Через неделю он будет сидеть вон с той стороны от тебя и жрать хот-дог, не вымочив его сначала в санитайзере. Нет, сукой он быть не перестанет, но будет уже не такой смешной сукой, какой был раньше. Лишь бы ты улыбалась. Мы сделали из маньяка наркомана, считай – вылечили.
Я от формулировки засмеялась:
– Ну, может быть… – Посмотрела на Данилу и удивилась серьезности взгляда. Мне-то казалось, что он веселится. – Что?
– Ничего, Лика. Просто подумал: если мы настолько пропащего человека сделали похожим на человека, то, может, и меня вылечим? Вдруг когда-нибудь мне захочется остановиться? Но остановлюсь я определенно на самом интересном месте, которое со мной случалось.
Я не стала спорить – особенно это неуместно, если Данила в это верит или хочет верить. Но на самом деле этот намек есть лишь следствие его полной вовлеченности. Он – игрок, но играет всегда с полной отдачей, не отделяет себя от ситуации и не выныривает из нее. Данила умеет ко всем быть объективным, но не к самому себе – бич, преследующий даже самых мудрых из мудрецов.
– Что-то долго его нет, – вспомнила я.
– Ну вот, видишь, теперь ты и по нему соскучилась, – Данила вернулся в свое обычное благодушное настроение. – Сейчас его подгоню.
Он вытащил телефон и набрал Артура, включив на громкую связь:
– Арт, ты где пропал?
– Не смей меня так называть. Иначе я начну звать тебя Даней. Фу, аж самому мерзко стало!
– Хоть горшком зови, только сзади не пристраивайся, – разрешил Данила. – Я просто хотел сказать, чтобы в понедельник-среду-пятницу ты свою помощницу не задерживал, мы в эти дни договорились с ней в зал ходить. Хорошо?
– Буду через семь минут.
– Да не спеши, Арт. Мы нормально разговариваем и спокойно ждем. А правила дорожного движения священны!
– Твою ж мать… Я-то боялся, что вы просто трахнетесь за углом – лучше б так и было, чем до такого договориться. Буду через три минуты. Сможешь целых три минуты молчать?
– Ну, как прикажешь, мой господин. А за две минуты управишься?
– Иди в жопу, Данила. Я из-за тебя на красный проехал!
Я упала лбом в широкое плечо, задыхаясь от смеха. Никто во всем мире не укротил бы Артура Андреевича, кроме Данилы Владимировича, успешно вооружившегося мною.
