Дорога через Сокольники полностью

Щ е г л о в (изысканно вежлив). С удовольствием, друг мой!

С о ш к и н. Не умирали! Так? Прятались от жены! Так?

Щ е г л о в. Увы, умирал. Справку имею.

С о ш к и н. Самолет не разбивался! Так? Обломки не найдены. Так?

Щ е г л о в. Могу предъявить обломки. И протокол авторитетной комиссии.

С о ш к и н. Невероятно!

Щ е г л о в. Мало ли невероятных вещей на свете, мой юный, пытливый друг! Поверьте старику, поседевшему над загадками бытия, сама по себе жизнь — тоже невероятна.

С о ш к и н. Неужели?

Щ е г л о в. Уверяю вас.

С о ш к и н. Может быть, не будем отвлекаться?

Щ е г л о в. Как вам угодно.

С о ш к и н. Не умирали. Так? Скрывались от правосудия. Так?

Щ е г л о в. К сожалению, ничего похожего.

С о ш к и н. Болели! Так? Находились на длительном излечении. Так?

Щ е г л о в. Не так!

С о ш к и н. Что ж это получается, гражданин академик? Почему такой несговорчивый?

Щ е г л о в. Думайте! Я не хочу облегчать вам задачу.

С о ш к и н. Настаиваете на фантасмагории?

Щ е г л о в. Да, брат, фантасмагория! И на меньшее я не согласен.

С о ш к и н. Фантасмагории у нас в стране быть не может.

Щ е г л о в. А кто говорит, что может? Конечно, не может.

С о ш к и н. Вот видите? Сами себе противоречите.

Щ е г л о в. Я не виноват, что вещи противоречивы. Диалектика.

С о ш к и н. Все равно придется протокол составить.

Щ е г л о в. Составляйте. Вы человек долга.

Сошкин достает из сумки лист бумаги, присаживается к столу. Задумывается.

С о ш к и н. Как же мне записать это самое?..

Щ е г л о в. Пишите просто: гражданин Щеглов…

С о ш к и н. Так.

Щ е г л о в. Тысяча восемьсот девяносто девятого года рождения…

С о ш к и н. Так.

Щ е г л о в. Воскрес из мертвых.

С о ш к и н. Как Иисус Христос?

Щ е г л о в. Не берусь сравнивать. Я всегда старался не повторяться. Итак — воскрес из мертвых.

С о ш к и н. Не пойдет! (Рвет лист на клочки.) Для протокола не годится.

Щ е г л о в. Как угодно. Я вам ничего не навязываю.

Сошкин пишет, зачеркивает, опять пишет. Он в испарине.

С о ш к и н. Как же мне начать?..

Щ е г л о в. Бросьте мучиться. Плюньте вы на этот протокол.

С о ш к и н. Нельзя. Начальству надо доложить.

Щ е г л о в. Доложите устно.

С о ш к и н. Устно не поверят. Такое дело…

Щ е г л о в. Тогда пишите.

С о ш к и н (в отчаянии). Не могу! Сформулировать не могу.

Щ е г л о в. Да, положение.

С о ш к и н. Позвольте, я вас потрогаю?

Щ е г л о в (любезно). Потрогайте!.. Хотите, я вас тоже потрогаю?.. Ну-с? Как?

С о ш к и н (в полном изнеможении). Плохо! Скажите, что же вы чувствовали все эти двадцать пять лет, пока вас не было?

Щ е г л о в. Я чувствовал, что рано или поздно мне все равно придется отвечать на глупые вопросы.

С о ш к и н (мрачно). Понятно…

Щ е г л о в. Куда же вы?

С о ш к и н. Временно удаляюсь.

Щ е г л о в. Могу считать себя пока свободным?

С о ш к и н. Пока можете!

Щеглов, смеясь, возвращается в библиотеку.

Сошкин осторожно идет к выходу, намереваясь удалиться незаметно, но здесь его перехватывают  К о н я г и н а, Н и к а д и м о в, В л а с о в. Вид у Сошкина помятый и смущенный.

Н и к а д и м о в. Товарищ Сошкин!.. Ну, как?..

С о ш к и н. Не могу протокол составить. А без протокола я как без рук. Сдаюсь! Бессилен. Разберитесь сами. Вы люди ученые. Мыслители. А я — практик.

К о н я г и н а. Не имеете права! Это ваш долг!

В л а с о в. Вы представитель власти! Обязаны разобраться!

С о ш к и н. Попрошу не горячиться. Формально — никаких нарушений порядка в этом факте нет. Документы я проверил. Справка о погребении у него имеется. Так? Все законно. Имеет право три дня гостить у родных без прописки.

Н и к а д и м о в. Но позвольте!.. Нам-то каково?

С о ш к и н. Не мое дело! Пока он никого не ударил. Так? Не выражается. Так? Задерживать его нет оснований. И вообще, товарищи, не надо понапрасну тревожить органы!..

Направляется к двери, где его задерживает Власов.

В л а с о в. Оставьте все хотя бы в тайне! Мы не хотим, чтобы эта история раньше времени получила огласку.

С о ш к и н. Будьте спокойны. Тайну я вам обеспечу. Это мы умеем. (Исчезает так же бесшумно, как появился.)

К о н я г и н а. Ну, что дальше?

В л а с о в. Ужаснее всего, что мы не знаем, чего он добивается? Что у него на душе? Зачем он пришел?

Н и к а д и м о в. Товарищи, мне пришла в голову еще одна мысль. Вы заметили, что Константин Иванович совершенно не изменился за эти двадцать пять лет? То есть не постарел, как это свойственно всем. Посмотрите хотя бы на Веронику Трофимовну…

К о н я г и н а. Я постарела?..