Дорога через Сокольники полностью

Н и к а д и м о в (с удовольствием). Конечно! Вы изумительно постарели. А он остался таким же, каким мы его видели четверть века назад. Можно подумать, что он пролежал все эти годы в «Саратове»!

В л а с о в. В Саратове?..

Н и к а д и м о в. В холодильнике!

К о н я г и н а. Ну и что из этого следует?

Н и к а д и м о в. Ничего! Я просто привлекаю ваше внимание к этому факту.

В л а с о в (трет себе виски). Я надеялся, что вся эта история как-то обомнется, утрясется, потеряет свою бьющую в нос причудливость. Увы! Я вижу, с каждой минутой это становится еще более замысловатым. Как в кошмаре: я падаю в какую-то пропасть без дна!..

Из библиотеки доносится танцевальная музыка, голос Щеглова подпевает: «Тру-ля-ля».

(Сдавленный стон.) Поет?..

Н и к а д и м о в (заглядывает в библиотеку). Достал где-то транзистор. Ужасно веселится…

К о н я г и н а. Никадим Никадимович, ступайте вниз, распорядитесь, чтобы к нам не пускали посторонних! Я займусь Энциклопедией для Константина Ивановича…

Н и к а д и м о в. Главное, не давайте ему скучать. Развлекайте его как-нибудь.

К о н я г и н а (самоуверенно). Это я смогу! (Скрывается за дверью кабинета.)

Никадимов уходит в вестибюль.

На сцене появляется  В и ш н я к о в.

В и ш н я к о в (вызывающе). Где мой новый ассистент?

В л а с о в (мягко). Это вы взломали дверь в библиотеке? Скажите, Коля, долго еще я буду мириться с вашими выходками?

В и ш н я к о в. Где мой ассистент академик Щеглов? Я хочу послать его за пивом.

В л а с о в. Вы злоупотребляете моей добротой, дружок.

В и ш н я к о в. Знаю я вашу доброту! Но учтите, Сергей Романович, не будет больше по-вашему. Если науке положено быть воинствующей, то надо же кому-нибудь понимать это буквально?

В л а с о в. Вы осмеливаетесь говорить подобные вещи мне?..

В и ш н я к о в. Надо же кому-нибудь осмелиться?

В л а с о в. Постойте!.. Вас не принимали всерьез. Это наша ошибка. Теперь все будет иначе. Куда же вы?

В и ш н я к о в. Простите, мне отныне не до вас. У меня теперь новый ассистент. Очень способный. Тоже воинствующий. Так что крепите оборону, Сергей Романович!..

В л а с о в. Подождите, Николай Васильевич!..

В и ш н я к о в. Где мой Костя Щеглов?..

В л а с о в. О чем вы говорили с ним?

В и ш н я к о в (злорадно). Да уж, поговорили… О том о сем. О переселении душ. О всяких мистических побрехушках.

В л а с о в. Ничего мистического здесь нет. Факт осмысляется. Не противоречит.

В и ш н я к о в. Нет, противоречит! И еще как противоречит.

В л а с о в. А я вам говорю, ничего особенного не произошло!

В и ш н я к о в. Для вас, может быть, не произошло, а для меня — произошло. У меня, может быть, идейные шатания начались на этой почве… Вы мой научный руководитель. Обязаны меня переубедить!

В л а с о в. Все в свое время будет объяснено. Потерпите.

В и ш н я к о в. Не могу терпеть! Я запью, Сергей Романович. Имею право. На почве философских сомнений.

В л а с о в. Как вам не совестно? В ваши годы?.. К лицу ли вам философские сомнения?

В и ш н я к о в. Не обижайтесь, Сергей Романович, ничего не могу с собой поделать… (Проникновенным тенором.) «Паду-у-у ли я, стрелой пронзенный, иль мимо пролетит она?»… (Уходит.)

В л а с о в. Начинается то, чего я боялся больше всего: брожение молодых умов!

Входит  Л и д а.

Л и д а. Кто это поет?

В л а с о в. Вишняков. Говорит, на него так подействовала встреча со Щегловым.

Л и д а. Почему ты не прогонишь их обоих?

В л а с о в. При чем тут Вишняков?

Л и д а (в затруднении). Человек с ущемленным самолюбием. Демон районного масштаба.

В л а с о в. Он не демон, а шалопай. И талантливый шалопай. Надо, чтобы он оперился у нас, а не в другом месте.

Л и д а. Ты прощаешь ему все?

В л а с о в. Говорят, у него любовная драма. Влюбился в какую-то бесчувственную кокетку… Ты ничего не слышала?

Л и д а (напряженно). Нет… А что?

В л а с о в. Может быть, все дело в этом?

Л и д а. Ты предпочел бы личную драму?

В л а с о в. Конечно! Несчастная любовь — вариант допустимый. А идейных шатаний в среде молодежи нам не простят.

Л и д а. Ну, знаешь ли! Ты рассуждаешь о любви еще циничнее своего Вишнякова.

В л а с о в. Ты так азартно нападаешь на беднягу, что это наводит на размышления…

Л и д а (отворачивается). «Бесчувственная кокетка»! Наглость какая!..

В л а с о в. Если бы я знал, что этот человек тебе действительно не безразличен…

Л и д а (крайняя степень возмущения). Мне?..