Дорога через Сокольники полностью

Щ е г л о в. Помилуйте! Но я думал, что вы, как мистик-профессионал, заинтересованы в ином толковании?

О т е ц  А л е к с а н д р. Простите, мыслите по шаблону. Коли священник, так уж и мистик. А мне ваше воскрешение, извините, удар ниже пояса!

Щ е г л о в. Любопытно! Вы что же, батюшка, воинствующий безбожник?

О т е ц  А л е к с а н д р. Не шутите так. Не до шуток мне сейчас… Прошу вас и умоляю: не упорствуйте. Признавайтесь в своей материальной сущности!

Щ е г л о в. Я бы с удовольствием. Но чудо есть чудо.

О т е ц  А л е к с а н д р. Как вам не стыдно? Нам ли, марксистам, рассуждать о чудесах?

Щ е г л о в. Как? Вы еще и марксист, батюшка?

О т е ц  А л е к с а н д р. Истинный! (Крестится.) Вот как перед богом… Не подумайте, однако, что я из тех лиц, которые видят в богослужении только ремесло. Нет! Я верующий марксист.

Щ е г л о в. Как же это вы ухитряетесь?

О т е ц  А л е к с а н д р. Сочетаю! Сочетаю, голубчик, и за грех не считаю. Успехи марксизма нашего столь дивны и красноречивы, что не видеть их может разве что слепой. А я человек начитанный, современный.

Щ е г л о в. И все-таки я не понимаю, почему вы заинтересованы, чтобы факт моего появления не получил религиозного толкования?

О т е ц  А л е к с а н д р. Да ведь ничего, кроме вреда, этот факт принести церкви не может. Рассудите сами: воскрес человек! А кто воскрес? Атеист! Как это преломляется в сознании верующих? Научная интеллигенция — возлюбленные чада господа нашего… Для чего тогда ходить в церковь и молиться? Ходи на лекции, повышай свой научный уровень, и бог возьмет тебя живым на небо?.. Это же форменное суеверие! Удар ниже пояса!

Щ е г л о в (развеселился). Значит, не гожусь я в праведники?

О т е ц  А л е к с а н д р. Не обижайтесь, сын мой, не годитесь.

Щ е г л о в. Так и быть — отступаюсь!

О т е ц  А л е к с а н д р. Слава богу! (Поднимается.) А теперь, простите, спешу. Стало быть, могу надеяться?

Щ е г л о в. Безусловно, уважаемый! Воскрешение мое отнюдь не божественно, как и весь этот мир со всеми его чудесами! Не теряйте времени, батюшка. Не теряйте времени, дорогой, вас ждут… Будьте здоровы! Приятно было познакомиться! (Жмет священнику руку и выпроваживает его.)

В салон осторожно заглядывает  В л а с о в.

В л а с о в. Можно, Константин Иванович?.. А где же поп?

Щ е г л о в. Ушел восвояси.

Власов облегченно вздыхает.

А вы чего, собственно, испугались?

В л а с о в. Он болтал внизу какие-то глупости.

Щ е г л о в. На то он и поп. Но вот почему вы ведете себя так глупо, профессор?.. Я понимаю, мое появление — нелегкое испытание даже для зрелого ума. И все-таки почему вы ведете себя так глупо?.. Сначала вы посадили меня под замок. Потом затеяли какую-то мышиную возню, пытаясь женить меня на собственной вдове. Наконец, подрядили сюда милицию. Как будто от того, что одним протоколом в мире станет больше, одной загадкой мироздания станет меньше. Столкнувшись с логической задачей постижимости — звать на помощь милицию! Грустно!..

В л а с о в (смущен). Трудно вести диалог на подобающем уровне, когда перед тобой реют видения.

Щ е г л о в. Кто перед вами реет? Загляните мне в глаза. Разве вы не видите, как я сбит с толку и как, несмотря ни на что, вы дороги мне?

В л а с о в (взволнован). Вы правы!.. Обещаю вам, с этой минуты все будет иначе. Скажите, чего вы хотите?

Щ е г л о в. Я хочу радоваться вместе со всеми. (Достает из кармана приемник.) Даже то немногое, что я успел узнать от этой радиомалютки, ошеломляет воображение. Океан новизны! Я хочу к людям!

В л а с о в. Люди придут сюда. Вы еще не забыли своих «щегловских пятниц»?

Щ е г л о в. «Щеглы» существуют? Власов. Каждую неделю мы собираемся в институте. Сегодня, в годовщину вашей… (с некоторым затруднением) в годовщину вашей смерти, мы встретимся здесь. Вы увидите всех, и все увидят вас.

Щ е г л о в. Чудесно! Значит, «щеглы» существуют? Как это важно! А где же мой юный шеф Вишняков? Почему он не показывается?

В л а с о в. С ним творится что-то неладное. Он считает, что необъяснимый факт вашего воскрешения дает ему право на идейный запой.

Щ е г л о в. Не верю. Он умнее…

В л а с о в. Он грозил, что пошлет вас в ларек за пивом.

Щ е г л о в. Могу я просить вас об одном одолжении, профессор?

В л а с о в. Что я должен сделать?

Щ е г л о в. Улыбнуться!.. Мы достаточно серьезные люди, чтобы не бояться смеха. Испытание смехом подобно испытанию огнем. Все, что загорается от смеха, должно сгореть, туда ему и дорога!.. (Смеясь, возвращается в библиотеку.)

В салон заглядывает  К о н я г и н а.

К о н я г и н а. Сергей Романович, можно?

За ней входят  Н и к а д и м о в, А н н а  М а т в е е в н а  Щ е г л о в а.

Люди собрались на торжественное заседание. Может быть, отменим?