Кейт просматривала
– Прошло две недели с момента исчезновения Чарли Джулингса, – вслух читал Тристан с экрана. – У полиции нет ни подозреваемых, ни зацепок. По одной из версий, Чарли вышел из палатки и упал в ущелье Дорога дьявола. Однако, по словам местного социального работника Анны Тридуэлл, «в семье были проблемы» и «сложности, связанные с уходом за Чарли». Как думаешь, что это могло значить?
– Это могли быть отношения Джин и Деклана. Эд сказал, что на Деклана было заведено досье в полиции и был еще инцидент с несовершеннолетней в пабе, – сказала Кейт.
– Но почему социальный работник не упоминает об этом? Вторая статья была опубликована через две недели после исчезновения Чарли и сразу после того, как полиция освободила Деклана без предъявления обвинений, – заметил Тристан.
– И мы недостаточно знаем о том, что происходило с Бекки. Могла ли она быть склонна к самоубийству или же у нее были психические проблемы, на которые еще до исчезновения Чарли обратили внимание социальные службы?
Кейт взяла со стола свой телефон и ввела в поисковой системе
– Что? – спросил Тристан, увидев ее лицо.
– Она мертва. Одиннадцать лет назад, 8 июля 2007 года, было найдено тело Анны Тридуэлл. Она стала жертвой жестокого нападения, ее забили молотком в собственном доме. Через две недели после исчезновения Чарли.
Проведя утро в архиве Эксетера, Тристан и Кейт зашли в кафе пообедать, хотя у Кейт не было особого аппетита. К тому моменту, как они подъехали к дому престарелых
Это была бывшая загородная больница на окраине Эксмута с обширной территорией. Они решили, что Кейт пойдет поговорить с Джин одна. Нужно было задать несколько деликатных вопросов, и Кейт подумала, что женщина, возможно, будет более откровенна в разговоре с глазу на глаз.
Открыв дверцу машины, она почувствовала, что снаружи невыносимо жарко, но при этом ее бил озноб.
– С тобой все в порядке? – спросил Тристан. Она заметила беспокойство в его глазах.
– Да, – твердо ответила она. Работа всегда была для нее главным спасением. Работа и стремление добиваться цели отвлекали ее от дурных мыслей и проблем. Она была полна решимости продолжать в том же духе.
– Не хочешь позвонить мне, когда закончишь? Я могу подождать поблизости.
– Нет. Я могу сесть на 157-й автобус. Дорога обратно в Эшдин займет всего пятнадцать минут. Трис, я в порядке. Мне просто потребуется еще несколько дней, чтобы окончательно прийти в себя.
– Если ты не захочешь ехать на автобусе, я с радостью приеду.
Джин попросила Кейт встретиться с ней в парке при доме престарелых. Приемная была оформлена ярко, но в ней пахло болезнями и средством для мытья полов, поэтому Кейт была рада, что они пообщаются на свежем воздухе. Ее провели в сад, где Джин ждала ее в тени огромного орехового дерева. По обширному газону передвигались пациенты с ходунками и в инвалидных колясках. Садовник перекапывал землю на клумбе с розами. Джин выглядела лучше, ее лицо казалось более румяным, и на ней было яркое летнее платье с рисунком. Поднявшись, она заключила Кейт в долгие объятья.
– Спасибо, что пришла. Присаживайся, – сказала она и поморщилась, предлагая Кейт стул. Она постаралась взять себя в руки, но, когда Джин поправила подол платья, Кейт заметила бинты, туго обмотанные вокруг ее бедер.
– Как дела? Я принесла вам сладости. Я решила, что фрукты – это скучно, – сказала Кейт, доставая из сумки упаковку мятных леденцов.
– Спасибо, милая. Жуткие язвы на моих ногах наконец-то заживают. Надеюсь, мне станет лучше, и я смогу справиться со всем остальным. Ты, кстати, выглядишь немного измученной.
– Я в порядке, – проговорила Кейт. Ей очень хотелось, чтобы люди перестали твердить ей, что она выглядит дерьмово. Снова воцарилось молчание.
– Где твой помощник? Я хотела встретиться и с ним.
– Он мой партнер по бизнесу, но я подумала, что, возможно, будет лучше, если я приду одна, для первого серьезного разговора.
– Звучит угрожающе.
– Я не знала, что вы обратились в Верховный суд и добились признания Чарли погибшим.
На лице Джин появилось выражение глубокой печали.
– Да. Это было четыре года назад. Я думаю, это было ошибкой.
– Почему?
