— Но я не хочу, чтобы ты уходил, — она полуспрыгнула-полусползла с камня. — Развлеки меня, раз разбудил.
— Я не шут и не влюблён, — как прекрасен сегодня был дым. — С чего мне развлекать тебя, милая?
— Не влюблён? — она присела около меня. — А откуда тогда эта рана?
Её влажная ладонь опустилась мне на сердце, её лицо оказалось рядом с моим. Высокий лоб, огромные глаза, чуть впалые щёки, — прекрасное лицо. Но желал ли я его сейчас? Желал, но дай мне ещё пару минут, красавица.
— Она уже затянулась и вряд ли откроется вновь, — моя рука схватила её прохладную длань. — А ведь ночь только началась.
Она со смехом вырвалась из моей мягкой хватки и игриво отбежала на несколько шагов.
— Поймай меня, дьявол! — она снова засмеялась, оживляя сгустившуюся темноту.
Я коротко усмехнулся. Лёгким, осторожным движением я стремительно бросил длинноволосую незнакомку в свои уже избавившиеся от трубки руки. Я почувствовал, как её сердце возбуждённо задрожало. Пару раз тревожно взметнулись длинные ресницы. Её тонкие пальцы крепко сжали мои плечи.
— Кто ты, дьявол? — её тихий восторженно-испуганный голос сладким потоком взорвался в моей груди.
— Сегодня, я хозяин твоей ночи.
— Как славно, что ночь только началась.
Я умиротворённо смотрел, как она выходила из замершего в темноте озера. Капли воды разлетелись пьяным ветром, когда она вскинула голову, раскидывая в стороны свои чарующие волосы. Глаза её были всё ещё удовлетворенно полуприкрыты, а губы ностальгически дрожали. Сбросив с бедра задержавшуюся каплю, она изящно легла в траву, с интересом заглядывая мне в глаза.
— Она красивая? — в вопросе не было ревности, лишь искреннее желание узнать.
— Ещё немного вина и я позволю себе сравнить её с твоей тенью, — я рассеянно бросил камень, поднявший в тихом озере каскад незапланированных брызг.
— Значит, очень красивая, — длинноволосая хитро улыбнулась. — Красивая и гордая. Как жаль, что она отказала.
— Мне больше жаль, что я трезвею, милая, — мне действительно было искренне жаль. — Я так не хочу трезветь.
— Всем нам когда-нибудь приходится трезветь, дьявол, — голос подарка ночи дрогнул, — и часто мы бы предпочли оставаться в пьяном неведении. Просто желать, просто смеяться, просто жить — жить секундой, мгновением. Не думать ни о чём, не сомневаться ни в одном поступке. Любить друзей и карать врагов, кричать и быть вечно правым. Но… — она поцеловала воздух, — это, наверное, было бы слишком легко и вероятно слишком быстро. Так может быть всё-таки надо иногда трезветь? А, дьявол?
— Но не сегодня, — я решительно встал. — Сегодня протрезветь меня не заставит само пламя. Извини, ласковая, мне пора.
— Весёлой ночи, дьявол, — она немного разочарованно обняла себя за плечи, — будешь рядом, заходи. Я попробую сделать тебя пьяным.
Я поднял руку в прощальном жесте, а потом деревья вновь раскрыли передо мной скрытую под вуалью ночи тропу.
— Кэй! Кэй, дружище! — Раск бешено размахивал руками, в одной из которых был уже догорающий факел, а в другой полупустая (хотя возможно и полуполная) бутылка с вином.
Я молча подошёл к искренне обрадованному дьяволу и, хитро подмигнув, ловко выхватил бутылку из его давно нетвёрдой руки. Каждый новый дурманящий глоток радостно хохотал, оказываясь во мне. И пока этот хохот не перерос в неясный, разбивающий прибой я не смог отрываться от бутылки. К сожалению, к этому моменту она как раз подошла к концу, в связи с чем бородатый дьявол издал горестный вздох.
— Это была последняя бутылка, — он укоризненно посмотрел на меня.
— Значит, начнём пить заново, — я зашвырнул отслужившую своё бутылку в кусты. — Ведь нам для этого хватит и золота, и конечно жажды.
— И я как раз знаю одно весёлое место неподалёку, — бородач весело захохотал и хлопнул меня по плечу.
— Так сделаем его ещё веселее.
Как ни удивительно, но местный дьявол не ошибся в своих оптимистичных прогнозах по поводу сроков окончания нашего маленького путешествия. Уже минут через двадцать мы оказались в непосредственной близи от очередной древообразной таверны. Она была несколько меньше первой, уже отмеченной моим присутствием и вместо музыки оттуда доносились пьяные крики. Чем хороши такие места, так это тем, что в них ты не боишься испортить царящую атмосферу своим пьяным поведением, так как другого там просто не предусматривалось.
— Отличное место, — знакомо отрекомендовал мне это подозрительное заведение мой партнёр по времяпрепровождению.
— Не сомневаюсь, — я решительным движением толкнул уже почти слетевшую с петель дверь.
Дверь привычно скрипнула, и мы оказались в тесноватом помещении, наполненном дымом, руганью и до краёв пьяными дьяволами. Раск неуверенно-вальяжной походкой завсегдатая начал пробираться к вероятно последнему свободному столу в зале. А после того, как мы, наконец, достигли этой заветной цели, пришлось долго и уныло выискивать свободного официанта. Здесь, вместо милой девушки, им оказался довольно вороватого вида парень со свежим шрамом на скуле.
