— Ты собираешься войти туда?! — наш юный друг был явно ошарашен. — И взять эту проклятую сталь?!
— Разве поступок не достойный настоящего Героя? — я уже начал двигаться в выбранном направлении. — Войти в обиталище зла и отобрать у него его главный символ. А потом, — я на секунду обернулся, — потом рубить этим символом любого, не устраивающего наши добрые мечты, персонажа! А!?
Странно, но эта бредовая речь, похоже, заставила парня по-другому посмотреть на наше отклонение от выбранного курса. Всё ещё сомневаясь, он, тем не менее, слез со своего зверя и, ведя его на поводу, отправился за мной. Элати, лицезрея такую слаженность действий, оставалось только последовать нашему несколько безответственному примеру.
В седельной сумке у Бриора нашёлся кривоватый, но вполне рабочий факел, что окончательно уверило меня в радужных перспективах нашего предприятия. Подмигнув его весёлому пламени, я решительно вошёл под своды Дворца Слёз.
Внутри приятно не оказалось ничего интересного. Только серый потрескавшийся камень, пара вдребезги разбитых статуй и наводящая тоску паутина. Коридор, слава пламени, был только один и как показалось вполне проходимый. По нему не слишком обращая внимания на местные достопримечательности (за неимением) мы и продолжили свой путь. Коридор быстро кончился, сменившись чередой всё таких же беззаботно-безжизненных комнат, в которых нас также встречала только пыль и паутина. Мне даже стало немного скучно от такого успокаивающего однообразия.
— А где чудовища и призраки прошлого? — я обернулся на напряжённого Бриора. — Или их присутствие не обязательно?
— Откуда я знаю, — парень досадливо дёрнул щекой, — я тоже здесь впервые.
Внезапно в очередном проходе в соседнюю комнату явственно замерцал свет факелов. Ну вот, похоже, договорился. Сейчас начнём развлекаться. Потушив свой жезл огня и замедляя шаги, мы осторожно заглянули в освещённую комнату. И надо сказать увиденное сильно подняло моё, уже с утра пошатнувшееся, настроение.
На стенах комнаты действительно висело несколько весело достаточно ярких факелов. Их веселящий сердце свет призывно падал на небольшой столик, на котором вольготно лежали два средних размеров топора, которые вероятно и составляли предмет моих нынешних исканий. А рядом разместился ещё один стол, за которым уверенно расположился маленький толстый дьявол. Дьявол аппетитно что-то жевал, с изрядной периодичностью запуская большую ложку в не уступающую ей в эпитетах миску.
— Здорово! — я по-хозяйски вошёл в комнату, вопросительно поглядывая на толстяка.
— А!? Кто здесь!? — выроненная из дрогнувшей руки ложка оскорбленно зазвенела об каменный пол.
— Я здесь! — расслабленно ухмыляясь, я подошёл к прервавшему свою трапезу дьяволу. — А ты, что хранитель местных сокровищ?
— Нет, — дьявол явно испугался, — я так, просто. Обедаю.
— Вкусно? — я уже откровенно улыбался.
— Ничего вроде, — дьявол наоборот бледнел в такт моей улыбки.
— А почему дома не обедаешь?
— Да ну, — он как-то погрустнел. — Дома жена, дети, — все бегают, орут. Разве можно в такой обстановке насладиться трапезой, — он с проснувшимся вызовом посмотрел на меня. — Вот и прихожу сюда. Здесь тихо, спокойно, атмосфера располагает. Поесть, покурить, подумать, да и поспать здесь тоже вполне хорошо. А вы сюда, зачем пришли? — друг всполошился он.
— Да, я за своим, — потеряв интерес к недовольному семейным шумом дьяволу, я подошёл к столу с топорами. — Сейчас уйдём. Ты ешь, не обращай внимания.
Дьявол послушно подобрал ложку, а я, наконец, смог вблизи насладиться моим новым оружием. А это, по всей видимости, было именно оно. Впервые я увидел топоры, которые показались мне красивее мечей. Широкие, но при этом изящные лезвия, идеальной длины рукояти, загадочные рисунки на обухе. Я с изрядным трепетом взял оружие слёз в руки. Наверное, всё же они действительно где-то унаследовали характер своего владельца, только вот не тот, о котором говорил мне местный герой. Я не почувствовал в них ни злости, ни ненависти, ни особой жажды крови и уж тем более приписанных им слёз. Нет, от них шла волна безумного веселья, веселья, которое должно охватывать воина, но не убийцу. У них не было цели убить, лишь насладиться схваткой, лишь засмеяться, врезаясь во врага, а умрёт он или останется жить какая, в сущности, разница, ведь если он выживет, значит будет новая схватка, и это будет прекрасно.
Не удержавшись, я закружился в потенциально смертоносном танце, стремительно вращая своим новым оружием. Как и ожидалось, рукояти были более чем удобны, баланс идеален, а лезвия веселы и пьяны, пока что только ожиданием битвы. Но то ли ещё будет. Дорога ещё долгая.
Резко развернувшись, я метнул захлебывающийся смехом топор в каменную стену. Яростно лязгнув, лезвие вошло в холодный камень почти наполовину. Лишь с огромным трудом мне удалось вытащить его обратно. Топор довольно зазвенел, желая продолжения веселья, но для этого необходимо было найти врага более достойного, нежели равнодушная стена.
— Ну, вот и всё, — я вновь взмахнул новоприобретённым оружием. — Трепещи Чёрный герцог!
