В дальних от меня концах обеих улиц виднелись двухэтажные постройки. По смыслу это были общественные здания, конечно, в той степени, в какой можно называть «общественными» бордели и казино. Друг напротив друга в однотипных домах синего и красного цветов располагались бордели с электрическими вывесками, выполненными в одном стиле. Одна из них высвечивала синим огнём «Brothel аt daddy» («бордель у папы»), а другая — красным «Brothel аt mummy» («бордель у мамочки»). На другой улочке я увидел электрическую вывеску казино, однако, нигде ничего похожего на «Gold flank» так и не заметил.
То обстоятельство, что в Чек-Пойнт имелись вывески, сработанные явно не на коленках местных умельцев, убедительно свидетельствовало о поддержке данных промыслов тюремщиками. Не подлежало сомнению, что «цивилизаторы» принимали заказы местных «капо» на изготовление и доставку подобных чудес техники. На обеих улицах я увидел довольно оживлённое движение, разумеется, сугубо пешеходное. На моих глазах появился приличных размеров караван — или конвой, не знаю, как правильно. Он представлял собою цепочку носильщиков с вязанками поленьев за плечами. Конвой сопровождала пара явный дегенератов с татуированными лицами, вооружённых внушительного размера палками. Носильщики принялись разгружаться возле одного из домов, позади которого под грубо сработанным перегонным кубом дымил костерок. Не иначе, как там функционировал местный скотопоильный цех по производству сивухи.
Возле подавляющего большинства одноэтажных домов присутствовали молодцы с самыми зверскими рожами и самым ужасными видами холодного оружия, какие только можно вообразить. Насколько я мог судить, это были часовые, охранявшие жильё главарей местных банд от посягательств чужаков. Между домами курсировал всякий-разный народец, преимущественно со скотскими харями. Что меня порадовало в местной публике, так это то, что вся она оказалась одета в высшей степени разномастно, словно бы соревнуясь друг с другом в дебильности платья. Местные урки реализовывали на практике стародавнюю примету, согласно которой, всяк дурак непременно станет сходить с ума по-своему.
В конце-концов я пришёл к выводу, что смотреть мне здесь более нечего и решил покинуть своё убежище. Предусмотрительно сняв и спрятав под сари маску-фотоумножитель, я вышел из-за кустов и небрежной походкой направился в сторону населённого пункта.
Появление моё не осталось совсем уж незамеченным. Боковым зрением мне было хорошо видно, как охранники крайних домов с большим любопытством рассматривают меня, явно теряясь в догадках, кто же это перед ними. В небольшом населённом пункте, где все знали друг друга хотя бы визуально, появление нового лица должно было обратить на себя внимание. Но особого выбора у меня не существовало — мне следовало попасть в Чек-Пойнт, чтобы отыскать посланных вперёд казаков и направить поиски в нужное русло. Я прошёл мимо часовых с таким видом, будто всегда ходил этой дорогой и меня, по счастью, никто не окликнул.
По улице я двигался без задержек, лишь чуть притормозил возле того домика, где курился перегонный куб. Впрочем, тут же последовал окрик часового, адресованный мне: «Where you look?» Татуированный гиббон с клыками-имплантантами, размером с большой палец моей ноги каждый, хотел знать, куда это я уставился. Разумеется, мне не следовало вдаваться в полемику с ним, потому я лишь пожал плечами, да и пошёл по улочке дальше.
Достигнув разноцветных борделей, стоявших друг напротив друга, я убедился, что посёлок в этом месте вовсе не оканчивался. Узкая лесополоса перерезала его надвое; за кронами деревьев и густым кустарником виднелись цветные домики, во всём похожие на те, что я оставил позади.
Я, разумеется, продолжил движение. Стоило только мне ступить под тень деревьев, как на тропку энергично выскочила группа предприимчивых молодых и не очень людей, вооружённых ятаганами, мачете и самодельными ножиками, отдалённо похожими на японские сёрокены. Впереди меня стояли пятеро, но боковым зрением я заметил движение за спиной, там явно находился ещё один ответственный исполнитель, тот самый, которому отводилась в этой постановке главная роль.
— It that for… (Это что за…) — начал было говорить один из них, тот, что оказался ближе всех ко мне, маленький, прыщавый японовидный гадёныш с громадным мачете в руке. Впрочем, окончить свою мысль он не успел, поскольку я сразу же ударил его косящим ударом правой ноги под колено и снёс вчистую, так что он звучно грохнулся спиною на тропу.
