Моей задачей было дойти до него, и поболтать с Древним Ягуаром, или Пайтити как это звучит на местном наречии, о том, как тяжко живется разрозненному племени, и как они мечтают воссоединиться, и жить в мире и согласии. «Аромат», точнее говоря вонь подземных переходов, шибанула по моему обонянию, с первых шагов по пещерам. Недоеденное Древним Ягуаром мясо, и его же испражнения, никто и не думал убирать, и здесь царили такие ароматы, что не прикрой свою физиономию мокрой тряпицей, о чем меня предупредили заранее, я не прошел бы и десятка шагов, просто-напросто задохнувшись от смрада. Вначале довольно светлое помещение, освещаемое местами с помощью факелов, сменилось полумраком, прерываемым лучиками света, проникающими сквозь какие-то щели в своде пещеры. Хотя чуть дальше все разительно менялось. Некоторые стены домов, как мне показалось, были покрыты или зеркалами, или же каким-то отполированным металлом, и потому давали отблеск от редких факелов, усиливая освещение, в десятки раз и прекоасно освещая все улицы подземного города, и стоящие на них изваяния воинов, ягуаров, и каких-то других животных и змей. Правда, как следует рассмотереть их мне попросту не дали. Сопровождающий меня жрец направил мой путь куда-то в сторону, и я едва ступив на неширокую тропу, и пройдя по ней первые несколько шагов, тут же порял все из вида. Все красоты подземного поселения, с колонами и причудливыми изваяниями моментально исчезли с моих глаз, скрывшись за скалой. Оставив меня на тропе, жрец пояснил, что дальнейший путь я должен проделать в одиночку. И я стал подниматься по тропе. Несмотря на то, что источников света здесь не наблюдалось, но и особенной темноты здесь тоже не было. Не знаю, что давало такой эффект, но я в общем-то вполне различал, и тропу под своими ногами, и порой нависающие на нею каменные выступы, и потому шел по тропе, достаточно уверенно.
Тропа, проложенная в горном массиве, поднималась все выше и выше. В какой-то момент, мне пришлось даже встать на четвереньки, чтобы взобраться на очередной подъем, так он был крут. Боюсь, что меня направили не по самому легкому пути, а иначе, как объяснить то, что охотники приносившие сюда туши антилоп, которыми подкармливали Древнего Ягуара, возвращались обратно довольно быстро. Я же тащился к месту лежбища вот уже минут двадцать, а конца и края моему пути так и не видел. И с каждым шагом все больше сомневался в том, что иду в правильном направлении. Тропа, по которой я брел, больше напоминала какой-то тоннель, проложенный в чреве горы. От одной стенки до другой было не больше двух шагов. Раскинув в стороны руки, я сумел коснуться обеих стенок тоннеля. Здесь кстати той вони, что имелась внизу, практически не чувствовалось, даже несмотря на то, что мне в спину постоянно что-то поддувало, или скорее, имела место некая тяга, как в дымоходе. Если сейчас, кто-то разожжёт внизу костер, подумалось мне, то я просто задохнусь в этом дыму.
Я поднимался все выше и выше, постоянно забирая куда-то влево, как будто я обходил гору по спирали, одновременно поднимаясь к ее вершине. В какой-то момент, тропа по которой я продвигался, вдруг свернула в другую сторону, и я вдруг оказался на крохотной площадке, находящейся на практически отвесном склоне горы, которая вдруг, нечаяянно просела под моим весом, заставив меня дернуться назад, но было уже поздно.
В тот же момент, из глубин пещеры до меня донесся страшный шум, похожий на падение чего-то очень тяжелого, сопровождаемый сильным грохотом, а также выбросом пыли и мелких камешков. Как будто где-то внизу, вдруг резко заткнули зев прохода, по которому я шел вверх. Причем не просто заткнули, а еще и подали пробку вперед, из-за чего тот сквозняк, что подпирал меня снизу при подъеме, вдруг одномоментно усилился в десятки, а может и сотни раз, и меня буквально выбросило из зева пещеры наружу, как из пушки. Мой полет продолжался, наверное, доли секунды, хотя и этого было более чем достаточно, чтобы попрощаться с жизнью. В следующее мгновение, я почувствовал сильный удал о твердую поверхность и кубарем понесся вниз по склону горы, теперь уже наверняка прощаясь с жизнью, и вдруг почувствовал, как попал в какие-то заросли кустарника, которые хоть и изрядно исцарапали мое лицо и руки, но тем не менее, моментально погасили мою скорость, и заставили остановиться.
Некоторое время, я лежал в зажатый в цепких ветвях кустарника неизвестной породы, боясь не только пошевелиться, но даже открыть глаза, чтобы понять, где нахожусь. Решившись открыл глаза и одновременно ужаснулся, и обрадовался. Как оказалось, кустарник в который я так удачно врезался находился почти у самого подножия горы, поднимаясь вверх по склону на добрый десяток метров, и я врезавшись в него, пробил настоящий тоннель, везет мне на тоннели последнее время, и в итоге оказался, почти у самого подножия, едва не встретившись головой с огромным камнем, который я и увидел, едва решился приоткрыть глаза.
