— Лунный камень, по легенде, рождается там, где луч полной луны, касается первого чистого источника чистой воды в болотах. Он совсем крошечный, но каждое полнолунье набирает силу и растет. Говорят храмовники, что это слеза богини Америст — богини магии. И как и все божественное, он имеет особую силу. Лунный камень способен увеличить потенциал любого мага и улучшать контроль над внутренними потоками. Его нельзя огранять. Нельзя нарушать природную структуру. Как только его коснется резец мастера, он превратиться в обычный булыжник. Но повторяю, для особо одаренных, это только легенда.
Я кивнула, решив для себя, что когда все уснут обязательно поговорю с новой подругой.
Вилент вернулся, когда мы уже устроились на ночь и я отчаянно делала вид, что засыпаю на ходу. За ним плелся чисто вымытый и мокрый Дрог. Оба рухнули на землю, как подкошенные и столь синхронно, что едва смогла удержать смешок.
Сплю я. Сплю.
Даже сквозь смеженные веки я чувствовала на себе взгляд Вилента. Было приятно и волнующе. Но я отмахнулась от этих чувств и стала прислушиваться к дыханию своих спутников.
Когда мужчины засопели глубоко и ровно, я тихонько поднялась. Дрог вскинулся, уставившись на меня своими карими человеческими глазами, но я шикнула на и он снова уронил голову на лапы, провожая меня взглядом.
Ночь была прохладной и я невольно дрожала. Или может это не от холода, а от волнения и предвкушения. Ну и что, что это всего лишь легенда. В каждой сказке есть доля правды. Почему это тоже не может оказаться чем-то вроде этого? Проверить то можно.
Я прикусила губу, чтобы не выдавать своего нетерпения. Благо от болота мы отошли не далеко. Я присела возле зарослей камыша и тихо свистнула. И чуть не свалилась в лужицу позади, когда из камышей на меня уставились два жабьих глаза.
— Что надо? — спросила кикимора и оскалила в подобии улыбки мелкие острые зубки.
В лунном свете она казалась невесомой, сотканной из воздуха и хрупкой. Мало кто знает, что эта хрупкость только видимость.
— Что ты знаешь о лунном камне, — не стала я ходить вокруг да около.
Кикимора напряглась, мордочка исказилась злобой. Что я такого спросила-то?
— Зачем тебе лунный камень?
Ага! Значит не легенда.
— Просто спросить хотела, — соврала я и протянула ей краюху хлеба.
Кикимора на нее даже не посмотрела. Демоны, это новость.
— Ничего не знаю. Иди прочь, — и спряталась в камышах.
Я подавила вздох разочарования. Но один плюс все же был, камень действительно существует. И пусть меня осудят светлые боги, я хочу его себе. Магия кипела и обжигала меня изнутри, я несколько раз вдохнула-выдохнула. Не хватало еще потерять над собой контроль сейчас. Я стиснула зубы так, что они скрипнули.
Тяжело поднялась на ноги и развернулась к нашему лагерю.
— Стой! — крикнул кто-то от болота и я резко развернулась.
Кикимора стояла, сгорбившись и сверкая злыми глазами. Я даже растерялась.
— Богиня любит тебя, — и протянула на раскрытой ладони камешек, размером с фалангу указательного пальца.
Я протянула руку, но кикимора сжала ладонь в кулак.
— Заплати.
Я достала хлеб, но она помотала головой.
— Кровью плати.
У меня аж дыхание перехватило. Кровь мага слишком сильна, чтобы питать ею нечисть. Она даст ей силу подолгу ходить по земле и уходить далеко от родного болота. И кроме того свяжет мага и нечисть навсегда. Они не смогут навредить друг ЯРУГУ-
Я сглотнула. Стоит ли этот камень того, чтобы породниться с почти незнакомой нечистью. И поняла. Да, стоит. Но все же спросила:
— Зачем тебе моя кровь?
— Для болота. Ты заберешь самое ценное, что у нас есть. Нашу магию. Оно умрет.
Я хотела было сказать, что болото и так не сильно потому, что не живое, но промолчала.
Вытащила из-за пояса маленький ножик и чикнула по пальцу. Боль обожгла и на месте пореза тут же собралась большая красная капля. Кикимора достала листик лотоса и свернула его так, чтобы собрать плату. Странно, но ни капли из него не вытекло. Было ощущение, что сейчас мы делаем что-то очень важное. И противно было ощущение, что это важное от меня ускользает.
Когда кулечек наполнился. Кикимора ловко спрятала его, будто и не было, и ткнула мне в руку лунный камень. Доселе неспокойная магия, залегла, как кот на печи, едва он коснулся руки. Ощущение было непонятным. Камень был холодноватым и мягким. С виду совсем обыкновенным. Мутным и ничем не примечательным. И только свет, похожий на отблеск лунного луча на водной глади, делал его особенным.
Нужно сказать, что к костру я вернулась в самом прекрасном настроении. Спать совсем не хотелось. Вилент открыл глаза и уткнулся в меня сонным взглядом.
— Ты где была?
— В кустики ходила, — сообщила я доверительно.
Он кивнул и перевернулся на другой бок. А я… провалилась в сон, едва коснусь головой сумки, которая служила мне подушкой. Уже на краю сознания, пришла мысль, кажется даже не моя, что камень никому показывать нельзя. Пусть он остается просто легендой.
Утром мы наспех позавтракали, свернули свой лагерь и двинулись в путь.
