Заметив Проточную Воду, он подошел, и некоторое время наблюдал, как она кормит своих щенков. В другое время он бы сказал, что у девушки нет мозгов, но сейчас они все были на пределе, и кроме уважения он ничего не чувствовал. Делать то, что она, способны были немногие. Проточная Вода моталась целыми днями, разыскивая потерявших семьи детей и собирая их вокруг себя. Причем ее совершенно не волновал род и вид. В ее повозке, под охраной двух приемных подростков-волков, у которых погибли в походе родители, ехал десяток волчат, двое приматов и подобранные в разгромленных рощах кошка, два тигренка, шакал, рысь и ягуар-младший, со сломанной ногой. Тоже малолетка, едва вышедший из детского возраста. Различий она между ними не делала, и плевать хотела на косые взгляды и претензии по поводу еды для чужаков. Щенки все одинаковые, громогласно утверждала она, не стесняясь при необходимости раздавать оплеухи возмущающимся.
— Может вам стоит выйти? — негромко спросил Темный Ветер. — Есть шанс, что не тронут. Большинство щенков еще в таком возрасте, когда могут принять даже в чужой род.
— Не те времена, — спокойно ответила Проточная вода. — Бросят в степи. Как будет, так и будет. Что я могла — сделала. Карма.
Они сидели, уписывая за обе щеки припасы из обоза. Лучше самим съесть, чем врагу достанется, особенно после последних полуголодных дней, когда паек урезали уже по второму разу. Что-что, а еды теперь на всех хватит, уцелел один из десяти в лучшем случае. Вот и сидели окруженные смакуя мясо, положенное на лепешки, и запивая замечательным вином из запасов, все лучше, чем обычный негустой суп, приготовленный из остатков перловки, вареного гороха, лука, моркови и различных приправ. В нем иногда даже можно было разыскать вареное мясо, правда, не в последнюю десятидневку.
Все остальное, что не было оружием и едой, вроде мебели и одежды, собрали в кучи и демонстративно подожгли. Пусть видят и знают, что взять особо нечего, а то немногое, что еще осталось, придется брать большой кровью. Волки готовились дорого продать свои жизни. Все понимали, что почти восемь сотен, даже при том, что из них половина женщин и щенков и имеется множество раненых, представляют из себя серьезную силу и просто так их не отпустят. Сначала поделят шкуру еще не дохлого волка, потом сделают большие щиты и под их прикрытием подойдут вплотную, уже без дурацких лихих наскоков. Единственный выход — прямо так, в плотном строю повозок двигаться одним большим лагерем, но без прикрытия конных отрядов это нереально. На ходу неминуемо придется разорвать кольцо фургонов и это конец всем.
Солнце уже стояло прямо над головами, когда наблюдатели заметили, как в лагере осаждающих началось бурное шевеление. Недоделанные ростовые щиты из досок, отодранных с поломанных повозок, побросали, в разные стороны мчались всадники. Потом появилась большая группа, в которой было несколько раненых. Некоторое время они еще митинговали, потом несколько отрядов собрались и уехали быстрой рысью. Вождь росомах еще повозмущался, продемонстрировал в сторону волков крайне неприличный жест, прыгнул на коня и под ответную ругань со стороны волков из кольца повозок, его бойцы длинной колонной потянулись в сторону, откуда первоначально прибыли.
— Кажется, я зря не поспорил, — сказал Темный Ветер, — напряженно всматриваясь им вслед. — Мы отбились.
— Насчет мы, — пробурчал Подкованный, — это вряд ли. Кто-то идет, и они связываться не хотят.
— Кто бы это не был, он им не друг. Остается надеяться, что нам не враг. Выходить из-за прикрытия пока не стоит, как бы еще одни любители пограбить числом побольше не подъехали.
Через час на вершинах холмов появились всадники. Они молча стояли, наблюдая и ничего не делая. Настороженные волки обменивались впечатлениям. Практически все способные стоять на ногах, собравшись, пытались понять, что происходит.
Потом появилась странная повозка, бегающая без запряженных лошадей, на колесах, обмотанных железными лентами. Волки радостно загудели. Слухи про эти странные вещи давно ходили, но большинство видело в первый раз. Зато никаких сомнений не осталось — Клан. Ничего красивого в этом странном, сделанном руками металлическом звере не было, да еще сверху в кузове торчала какая-то странная штука с несколькими трубами, занимая много места. Повозка точно была не грузовая и догадаться о ее предназначении было не слишком трудно. Эти самые трубы предназначались для того, чтобы убивать.
— Пулемет? — с сомнением сказал Темный Ветер. — Так он вроде должен быть меньше и с одним стволом.
— Они разные бывают, ЗСУ-23 Шилка, — старательно выговаривая непонятные слова, — сообщил Гриф. — А вон еще пара машин, — показал он на разворачивающиеся более маленькие приземистые повозки. — Это называется Уазик и в нем имеется обычный пулемет на такое фиговине, чтобы можно было крутить в разные стороны, не держа в руках.
— И что это значит? — с подозрением спросил Подкованный.
