У меня не было с собой ничего, чем можно было бы удержать морду этого зверька, если он вздумает огрызнуться. Посмотрев на часы, я прикинула про себя, что осталось приблизительно чуть больше часа, но Джон был непредсказуем и мог вернуться раньше назначенного времени. Воткнув рядом лопату, мне пришлось возвращаться обратно к сараю, чтобы соорудить палку наподобие той, что используют для отлова животных. Палка имелась, а вот с петлей возникла проблема – леска могла порезать волчонку шею, так что нужно было придумать инструмент получше. Старая веревка, валявшаяся под сараем, пришлась как нельзя кстати. Стараясь соорудить ловчую петлю, которая никак не хотела выходить даже после нескольких неудачных попыток, я на ходу завязывала крепкий узел, когда послышался рев лодки. Сердце пропустило удар. Спрятавшись за угол дома, я стала наблюдать, в глубине души надеясь, что не ошиблась, и все драгоценное время не ушло так быстро. И если не удастся найти «тайник» дедушки, то хотя бы посчастливится освободить волчонка, попавшего в адский капкан.
Время шло, но вместо той лодки, которую я уже ожидала увидеть, мимо проплыла та,о которой я не могла и думать..
«Плавучий буй» с первой и последней нашей встречи стал выглядеть неузнаваемо, рулевого совершенно не было видно. Секунду, и я уже было понадеялась, что лодка остановится у того самого помоста, но этого не случилось. Гул мотора постепенно стал затихать, оставляя после себя маленькие борозды на воде.
Не давая воли фантазиям о том, как могла бы пройти вторая встреча без Джона, полностью заполонить мозг, я покрепче ухватила корявую палку и пошла к ожидавшему ее маленькому хищнику.
Ставить капканы приходилось не раз, а вот доставать из них кого-то – никогда. Маленькие ловушки не в счет, здесь все обстояло намного труднее. Волчонок постоянно скалился при каждом движении и попытке зафиксировать его голову петлей. Конечно, он был мелковат, но зубы не внушали доверия. И, сколько бы он ни показывал свое недовольство и агрессию, в глазах читался испуг.
Подобравшись к нему с другого бока, так, чтобы он не прыгал по всей поляне с капканом, я резко сделала выпад палкой в одну сторону, но, когда тот дернулся, изловчилась и просунула его голову под веревку. Издав победный возглас, стала думать, как приоткрыть массивную ловушку. Страшнее всего оказалось то, что без помощи мне все равно было не обойтись, сколько бы я ни плясала здесь свои неуклюжие танцы с железным дьяволом, он выигрывал.
Казалось, что прошла вечность, пока я пыталась разжать пружины. Сил не хватало, а осложняло задачу то, как рука с палкой рефлекторно опускалась, и волчонок резво из нее выныривал, клацая зубами опасно близко.
– Да что же ты… – когда еще одна из попыток была провалена, мои силы стали подходить к концу. Хотелось просто встать и представить, что такой ситуации вообще не было, все это просто игра расстроенного дедушкиным воспитанием воображения.
Но нет…
Серая шерсть, золотисто-желтые глаза, которые смотрели настороженно и недоверчиво.
– Черт бы тебя побрал, Джон, – вырвалось сквозь зубы ругательство, – я тебя ненавижу!
Не знаю, сколько еще таких попыток было предпринято, но рядом раздался лай, и быстрая тень выскочила из-за сосен. Черная овчарка резвыми скачками пересекла кусты и, едва увидев меня и еще больше взъерепенившегося волка, навострила уши.
– Еще собаки для полного счастья не хватало, – я, недовольная своей невнимательностью, покачала головой. – Надеюсь, твой хозяин не окажется кретином и не явится за тобой сюда. Арнольд, если это вы, то Джон уехал в город, уберите, пожалуйста, своего пса.
Почему в голову первым пришел именно он? Первое – я больше никого не знала, кто мог бы иметь собаку, а дедушка уже упоминал, что у его друга она есть, но не упоминал породу. Других вариантов у меня все равно не было. е
Тем временем, убедившись, что опасности нет, пес обнюхивал землю и приближался, не обращая внимания на голос и попытки отогнать. Все его внимание было приковано к зверю которые и сам напоминал собаку, и прижавшись к земле, он вздыбил шерсть.
– Фу! Назад! – стараясь отогнать любопытного пса ногой, я в то же время держала на вытянутой руке свою самодельную петлю, которая вихлялась от тряски. – а он же тебе нос откусит, куда ты…
Видимо, эта овчарка оказалась таким же щенком, а чувство самосохранения у нее будто отсутствовало от слова «совсем». Хвост вилял из стороны в сторону, а наглая морда пыталась просунуться ближе, стараясь понюхать похожего «сородича», не обращая внимания на то, как тот рычал и, насколько позволяла зажатая лапа, пытался вывернуться.
– Блэк! Ко мне!
С той же стороны, откуда выбежал пес, появилась чья-то высокая фигура. Боковым зрение было плохо видно, но голос уже казался отдаленно знакомым.
– Я была бы вам очень признательна, если бы вы ушли отсюда! – моя просьба разнеслась над всей округой. Никогда раньше я так не кричала. – Пожалуйста.
– Знаешь, тебе точно требуется помощь, – раздалось над самым ухом, – у тебя не хватит сил разжать пружину одной рукой.
