И откуда ей было знать, что кто-то завидовал, кто-то смотрел исключительно на ноги, открытые чуть ли не до… в общем, до. Что поделать, если фигура мамы позволяла носить такие короткие юбки? Маленькая Уколова, несмотря на совершенно недетскую серьезность, многого просто не понимала из-за непонятности и очевидной глупости многих моментов.
Важно же что? Большая Уколова, глядя на исчезнувший мир глазами маленькой, услышала собственные мысли и удивилась. Сейчас и здесь, в собственном сне удивилась поразительно правильной детской логике. Той, выстраивающей удивительно простые конструкции настоящего вокруг себя.
Детям доступно многое, закрытое для взрослых. Их мир поразительно логично выстроен и наполнен четкими цветами и ощущениями. Там, где ставшие серьезными и много чего умеющими большие люди выстроят проблему из ничего, ребенок всегда найдет единственно верное решение.
Обиделся самый нужный и близкий человек? Заслуженно, потому что ты вела себя плохо? Подошла и обняла, прижалась, засопела маме в ухо, и все. Все! Потому что любовь есть великая и всепрощающая сила. Понятно, что маленькая Уколова думала не так, но взрослая Женя, наблюдающая за добрым и теплым миром вокруг, заливаясь невидимыми слезами, соглашалась с малышкой полностью.
Она слушала разговоры, смотрела на людей, таких беззаботных и не ожидающих настоящего горя, озабоченных только сиюминутными глупыми надуманными проблемами, и кричала, не слыша себя. Ведь скоро все вокруг ждал самый настоящий конец. Пылающий тысячами доменных печей, сжигавших в себе яркие обертки жизни, ослепляющей миллионами вспышек, опаляющих вытекающие глаза, сносящий пепел рухнувшего мира ударной волной. А они, те, кто спускал отпущенное время на глупости, даже не догадывались об этом.
Какая глупость кружила вокруг, занимая чуть ли не каждого?
Хватит ли денег на поездку хотя бы в Египет? Да пошла ты в пень, дура тупая! Сидят ли джинсы как надо, и не стоит ли купить еще одни же, раз распродажа? Я лучше, а все получают только другие! Почему вон та корова может себе позволить такую сумочку, а ты мне не можешь? Да, именно такая свадьба нам нужна, и никаких скромных посиделок с семьями, все должно быть как у Машки! Из-за чего меня уволили, и как быть дальше, ведь платить банку надо через неделю? Надо купить обязательно розы, только розы! Как достала сессия, как достали преподы, почему никто меня не понимает? Ковальчук зажрался и продался, никто не хочет играть просто за страну!
Большая Уколова слушала их, смотрела, сжав губы маленькой, и хотела подойти к каждой и каждому, достучаться, сказать, донести самое важное, а не выдуманное ими. Очень хотела поделиться собственными знаниями, своим опытом, болью, обжигающей сейчас большую часть тела даже во сне.
Зачем тебе Египет, если можно отдохнуть и загореть здесь, у нас, не влезая в кредит? Может она и глупая, но она же тебя любит не за машину, не за модную щетину, не за накачанный пресс, что же ты наговорил?! Плохо сидят, так как они узкие и маленькие. Похудей или купи что-то по размеру и не смотрись так глупо! Не ленись, а, еще лучше, найди свое дело и только в нем добейся своего собственного лучшего результата, получив все то, что получает кто-то за тебя. Просто не ленись! Не может купить тебе сумку, и что? Зато ты учишься и не работаешь, и он тебе позволяет это делать! Для чего тратить не только скоро переставшие быть нужными деньги, но и нервы близких, затевая глупую дорогущую свадьбу? Потрать эти деньги на путешествие, а вовсе не на половину дня, выпущенную впустую! Уволил из-за невнимательности. Не стыдись, займи денег у родителей и найди любую работу хотя бы на время! Купи самые обычные ромашки, они всегда и везде хороши! Достала сессия? Сходи в армию или хотя бы просто поработай немного, не сидя на шее родителей! А Ковальчук может делать что хочет, потому что никто никому и ничего не должен!
Сотни людей, живущих спокойной и размеренной жизнью, ссорились из-за ерунды, злились сами на себя, искали лучшее в худшем и совершенно не задумывались о будущем на самом деле.
Большая Уколова, покрытая засохшим потом, чужой и своей кровью, с неработающей правой рукой, не знающая даже следующего часа, плакала во сне, жалея и ненавидя одновременно.
Азамат стоял рядом с Зуичем, потихоньку прижимавшего «Арго» к правому берегу.
— Как там твоя подружка? — водник жевал табак и хмурил брови. — Живая?
— Она молодец.
— Она шляпу мою проебала, молодец твоя. Кто мне ее компенсирует, самую настоящую зюйдвестку, э?
— Не ной, Лёш, тебе не идет.
— Ну да, не идет, — покладисто согласился шкипер. — Что делать думаешь, Пуля?
— А чего тут думать? Встретить, если получится, девушку, и добираться назад. Лишь бы она добралась вовремя и на место.
— Клыч нас найдет. Такой переполох на реке устроили, что к гадалке не ходи — найдет.
— Это непременно. — Азамат покосился на левый берег. — Я уйду к нему, если что.
— Не глупи, друг. — Зуич погладил кота, устроившегося на рундуке рядом со штурвалом. — Кто твою образину вот эту будет кормить, холить и лелеять?
— Тебе завещаю.
