Она встретилась в зеркале с оценивающими горячими взглядами двоих знакомых ей мужчин. И замерла от голода в их глазах.
А потом один сказал тихо и хрипловато:
- Всегда хотел трахнуть Золушку… А ты, брат?
- И я, - гулко ответил второй.
А потом они двинулись к ней. Одновременно. И Лиса, глядя на их приближение, не ощущала страха. А только лишь возбуждение и ожидание.
9
- Не понял… - сказал Дэниэл, разглядывая уже собранную в дорогу Лису, а потом поднял глаза на хантеров. Том был веселым, ласково и душевно щерился во весь рот, а Ченни хмуро-равнодушным.
Братья не хватались за оружие и вообще вели себя так, как будто происходящее в порядке вещей. Как будто каждый отморозок вот так вот легко может прийти в общину и увести с собой понравившуюся женщину!
- Девочка идет с нами. – Коротко проинформировал его Ченни на тот случай, если у жирдяя внезапно отказал мозг, и два и два он не мог сложить.
Брат рядом с ним излучал довольство и ожидание. Ченни ощущал это, как исходящее от него оранжево-красное тепло с проблесками молний. Интересно.
Он не особо давно стал таким образом ловить эмоции, и пока что еще до конца не распознавал оттенки. Но это было прикольно. Лиса, например, их маленькая смелая девочка, боялась и надеялась. Зелень с золотом. Тоже красиво, не будь зелень ядовитой.
Ченни сжал зубы. За этот яд он готов был убивать. Долго.
- Но… мы же договаривались…
Главкозел неожиданно растерял весь свой гонор и стал выглядеть так, как должен , в принципе, выглядеть такой утырок, как он. То есть, жалко. Настолько жалко, что хотелось только пинка дать, сплюнуть и свалить.
И, наверно, именно так они и сделают.
Похер.
Все равно эти придурки не жильцы.
Зима будет суровой, с севера идут несколько стай мутантов, и, походу, у них имеются вожаки с зачатком мозгов.
Поэтому надо сваливать южнее. Надо сваливать к Барни.
- Мы договаривались, что девочку никто не тронет. И косо не посмотрит. А ее трогали. И смотрели. Девочка была грустная. А если она грустная, мы напрягаемся.
Это вступил в диалог Том. И много чего-то наговорил. Слишком много для такой мразоты.
- Да она врет! – заорал главкозел, выпучив зенки. От него несло тухлятиной.
Ченни глянул попристальней. Ну да. Гниль. Не жилец. Можно руки не пачкать. А вот ноги – пожалуй, да.
Он сделал ленивое обманное движение вперед и пнул здоровяка с разворота в челюсть.
Благо, на улице разговор происходил, место было.
Общинники, сгрудившиеся вокруг, встретили такое кто аханьем, кто гулом восторженным. На помощь не кинулся ни один.
Том подошел к кричащему от боли старейшине, присмотрелся. Сплюнул, метко попав в кровавую рожу. Повернулся к Ченни.
- Челюсть вынес. Не жилец. Но подыхать будет долго.
Потом посмотрел на жителей общины. Усмехнулся.
- А ты не особо пользуешься популярностью, да, мразь?
Переглянулся с братом, уже обнимающем уткнувшуюся ему в грудь Лису. Обласкал взглядом ее тонкую фигурку в мешковатом дорожном платье.
- Пошли. Скоро тут будет невесело.
В полном молчании троица прошагала мимо общинников, даже не дернувшихся их задержать.
И, уже в воротах Ченни обернулся, нашел взглядом самого крепкого мужика и сказал коротко:
- Уходите отсюда. Сюда мутанты идут. Через месяц, с холодами, явятся. Не отобьетесь.
Том только досадливо цыкнул зубом:
- Праведник, твою мать.
Ченни не прокомментировал. Просто пошагал дальше.
За ним шла Лиса, замыкал Том.
Старая асфальтированная дорога стелилась под ногами. Ровная, без трещин и ям. Шагать было одно удовольствие. Обычно братья не любили открытых пространств, предпочитая ходить звериными тропами, скрытно. Но там, куда они двигались, не было леса. И это, пожалуй, было неплохо. В лесах сейчас не очень хорошо. Некомфортно.
Вокруг стелилась пустая степь, с небольшими вкраплениями островков прошлой сытой докатастрофной жизни.
Лиса почти не помнила ее, поэтому оглядывалась с любопытством. Было интересно разгадывать, что могло бы быть в том или ином месте, плотно заросшем травой.
Вообще, после ядерных ударов, и при полном отсутствии человека, природа очень быстро восстановилась. Даже воронки – и те затянуло травой.
В степи бегало много живности, Лиса только успевала улавливать краем глаза резкие движения зверей в траве. Поначалу Лиса очень пугалась каждого внезапного шороха, уверенная, что за забором их ждет только опасность, только смерть. Так, по крайней мере, уверяли другие общинники. И Дэниэл.
Но братья топали спокойно и даже расслабленно, без напряга.
Заметив, что Лиса испуганно ежится, глядя по сторонам, Том догнал ее, приобнял, жарко задышав в шею, чмокнул и тихо уверил:
- Не напрягайся, малыш. Пока ты с нами, все будет пучком. Этот мудак, - он кивнул на идущего впереди Ченни, - все чует на охеренном расстоянии, так что ни одна тварь не подползет. А если подползет, мало не покажется ей.
- Этот мудак, - раздался гулкий голос Ченни, - еще и слышит неплохо.
Он развернулся к брату и Лисе, улыбнулся. Подошел, забрал у Тома их девочку, подхватил и смачно поцеловал.
- Ух, вкусная... Может, привал? - глянул на Тома вопросительно, наглаживая Лису по попке. Та только потерлась о него, как котенок.
