В отличие от болот, где экосистемы лесных массивов всегда защищали магика, охраняя его сон, здесь деревья росли маленькими островками и не могли предупредить загодя о приближении хищника. К тому же древесные шли на "контакт" явно хуже, чем на болотах, у них были слабые биополя, и Фалкон не был до конца уверен в своей безопасности. Как оказалось - не зря, лучшим примером тому послужило нападение кошки.
Тем не менее, две из шести ночей он смог провести в относительной безопасности, останавливаясь на ночевку в небольших хуторах.
На седьмой день путешествия по Сарленду Фалкон оказался у транспортной артерии, по которой тянулись бесконечные караваны купцов. Маленькие и большие, хорошо экипированные и те, в состав которых поостерегся бы войти даже бедняк - все эти обозы ползли по выцветшему полотну дороги, поднимая столбы пыли не оседавшие здесь до самой ночи.
Иногда попадались разъезды местной стражи. Служивые хмуро косились на одинокого путника, но вопросов пока никто не задавал. Как рыбешке легко затеряться среди косяка, как птице легко затеряться в стае, так и человеку, решившему не привлекать к себе внимания, лучше всего раствориться среди себе подобных. Эту неписанную истину Фалкон усвоил давно, и сейчас было самое время начать реализовать ее на практике.
На этой транспортной артерии он был не единственным одиноким пилигримом. Вот впереди идет древний старик, прихрамывая на правую ногу, и постоянно сплевывает въедливую взвесь, забивающуюся ему в рот и нос. Еще дальше шкандыбают два субчика в какой-то дрянной одежде, постоянно о чем-то переговариваются и оглядываются назад.
"Никак на меня смотрят. Так: надо притормозить. Не зря же и стража именно на меня коситься, как и эти двое. Одет я конечно не богато, но по меркам тех, кто путешествует на своих двоих я фигура зажиточная. Положение надо исправлять. Во-первых: менять одежду, во-вторых, воспользоваться тем, что пилигримы порою сбиваются в группы, которые им дают иллюзию защищенности.
Что же делать с одеждой? Может этого деда, отоварить по голове и, пока он находится в беспамятстве, устроить честный обмен его шмотья на пару моих медяшек? Ладно: шутки в сторону".
Размышления мага были прерваны окриком:
- Эй ты, путник! - один из всадников, что сопровождал проходящий мимо караван, соизволил обратить свое внимание на пожилого человека задумчиво бредущего по обочине дороги.
Фалкон поднял голову и вопросительно посмотрел на охранника каравана.
- Больно ты на моего батю смахиваешь - пусть будут ему королевским замком небесные чертоги. Так уж и быть найду для тебя место. Всего три имшарские серебрушки и провезем тебя через Сарленд, Самир и Картук, можно и дальше, можно и ближе.
Предложение было заманчивым, но вот лицо говорившего не вызывало особого доверия. Кустистые черные брови, глубокие глазные впадины, со дна которых смотрят на мир с вызовом темно карие глаза, двухдневная щетина и щербатая фальшивая улыбка довершали портрет "благодетеля".
- Ехай себе дальше "сынок", я тебя не останавливал - махнул рукой Фалкон, давая понять, что предложение отклонено.
- Не жмись отец. Так и быть - уговорил: за две серебрушки подбросим - не отставал охранник.
Фалкон окинул быстрым взглядом проезжающий рядом караван. Пять крытых телег, в качестве защитной ткани используется дорогой "штремп" - непромокаемая и очень крепкая ткань. Но та, что была натянута на телеги, явно знавала лучшие времена: этот штремп уже давно выцвел и местами истерся. "Покупали бэушный" - мелькнула мысль - "Явно хотели создать видимость богатого обоза, но денег не хватило". Восемь охранников на лошадях, еще три открытых телеги с попутчиками. В одной сидит семейство то ли зажиточных крестьян, то ли средней руки ремесленников, во второй молодые парень и девушка - судя по еле уловимому сходству некоторых черт лица: брат с сестрой, в третьей - мужчина, женщина и маленькая девочка.
"В третьей телеге - скорее всего зазывалы претворяющиеся семьей, именно благодаря им, заполнилась первая и вторая открытые телеги.
Перед глазами развернулась воображаемая картинка: мило улыбаясь "мать" произносит: "мы уже ездили с ними через Самир, поверьте, они надежные люди, один из охранников - мой племянник. Купцы, снарядившие караван в нашем городе на хорошем счету и берут за проезд недорого..." тут "отец" приобнимает жену, а "дочурка" весело крутиться у их ног - ведь для нее это всего лишь игра, за которую она сегодня вечером получит свою порцию сладостей, и главное, она теперь всегда сыта и ее никто больше никогда не будет мучить. Прямо семейная идиллия: ведь у них у самих дочь - разве могут такие обмануть?