– Сейчас это кажется наивным и жалким; наверное, именно из-за этого я не могу прийти в себя. Я нарисовала в голове свою будущую жизнь – свадьба с Джимми под старым дубом на ферме его дедушки, маленький домик, куча домашних животных. Я хотела, чтобы мои братья приходили к нам в гости смотреть фильмы и есть пиццу. А теперь все так быстро меняется… Я пытаюсь нарисовать новое будущее, но ничего не выходит. Сплошная темнота. Иногда я подумываю о том, чтобы вернуться в Нэшвилл, прийти к нему и сказать, что я готова отказаться от всего. Однако музыка – моя мечта, я живу ею и не отступлюсь.
Даже спустя год после разрыва Ди с Джимми я не могу поверить, что они расстались. В моей голове они по-прежнему вместе. Я как ребенок, который не в силах принять развод родителей.
– Я боюсь, что меня не полюбит никто, кроме Джимми. Я боюсь, что все парни будут видеть во мне только Лайлу. Джимми полюбил меня еще до того, как я стала звездой, когда я была, – она говорит это шепотом, как страшную тайну, – cтеснительной и неуклюжей девочкой с копной неухоженых волос. В душе я по-прежнему такая, и я хочу найти того, кто полюбит меня настоящую. Ты думаешь, это возможно?
– Конечно.
Я действительно в это верю. Верю, что она найдет того, кто полюбит ее настоящую: раздражительную, когда болеет или голодна, умеющую смеяться, как в двенадцать лет, девушку, которая стала мне матерью, сестрой и подругой. Я верю, что кто-то – Джимми или другой парень – поймет: Ди намного лучше Лайлы Монтгомери с глянцевых обложек журналов.
Она пожимает плечами и пытается улыбнуться.
– Если нет, я куплю квартиру с видом на Нэшвилл, и мы с тобой сможем жить вместе как две чокнутые старухи из того фильма, с шарфами на головах и с кучей кошек.
– «Серые сады»?
– Да, – ее улыбка становится шире. – Я буду писать сумасшедшие песни, а ты – делать сумасшедшие снимки. Мы будем собирать антикварные чашечки и есть макароны на завтрак, обед и ужин. Будем танцевать, сколько захотим, и наплюем на общественное мнение.
Она смеется, будто это далекая и несбыточная мечта. В своих песнях моя подруга – неисправимая мечтательница с богатым воображением, однако настоящая Ди не верит, что может делать все, что хочет.
– Заманчиво… Я согласна.
Улыбка сползает с ее лица.
– Я не могу купить квартиру.
– Еще как можешь!
– Но мне нравится жить со своей семьей.
– Ты сможешь оставаться у них, когда захочешь, просто у тебя будет своя квартира в городе. Сможешь просыпаться и ходить по утрам в свою любимую кофейню и антикварные магазинчики. Твои братишки будут приходить в гости, чтобы смотреть кино и есть пиццу. Я мечтаю о таком каждый день своей жизни с Брендой.
– Мне еще нет восемнадцати. И я не хочу жить одна.
– Я могу жить с тобой.
– А потом ты уедешь в колледж. – Ди прикладывает руку ко лбу.
– Ну, если я буду учиться в Нью-Йорке, то продам почку и куплю маленькую студию, и ты сможешь приезжать ко мне, когда захочешь. А если я пойду в Вандербильт или Белмонт, то сделаем, как в «Серых садах».
– Как ночевка круглый год? – Не могу сказать, что Ди принимает наш план всерьез, но, по крайней мере, он ее веселит.
– Мой бизнес-менеджер сказал, что мне пора подумать об инвестициях, и родители считают, что недвижимость – то, что нужно. Это ведь не патологическая зависимость? Ты правда хочешь жить со мной?
– Ты что, издеваешься? Конечно хочу!
Не люблю навязываться, но я действительно думала об этом раньше. Девушка может поехать через всю страну с парнем, которого знает несколько месяцев, и все считают, что это нормально, потому что любовь, романтика и все такое. Но жить со своей подругой? Или, как Ди, с родителями и братьями? Что здесь странного? Если люди тебе дороги, то естественно, что ты хочешь жить рядом с ними.
Ди до сих пор выглядит потерянной.
– По-моему, мои фанаты думают, что я помешана на идее найти бойфренда. Но это не так. Я просто не хочу возвращаться в пустой дом. Хочу иметь кого-то, с кем можно пойти позавтракать и с кем можно проговорить до ночи.
– У тебя есть я.
Она толкает меня плечом.
– Ты ведь не собираешься, когда пойдешь в колледж, завести кучу друзей-фотографов и забыть обо мне?
– Не-а. Как там твоя мама всегда говорит? Старый друг – лучше новых двух?
– Да. – Ди тянется ко мне и перекрещивает свой мизинец с моим.
Мы обе вздрагиваем от неожиданности – в дверь стучат.
– Это я, – раздается голос Мэта. – Не хочу нарушать вашу дружескую идиллию, но, пожалуйста, откройте. Срочная доставка.
Мы отодвигаемся, чтобы он мог пройти. Сначала в дверь протискивается большой переносной холодильник, а потом уже Мэт.
– Посмотри, – командует он.
Ди нерешительно заглядывает внутрь и ахает, словно увидела сундук с золотыми монетами.
– Где ты это достал?
Она вытаскивает из коробки огромную упаковку своего любимого мороженого «Дженис айскрим».
– У меня свои источники, – отвечает Мэт, протягивая нам две пластмассовые ложечки. – Держите.
– О бо-о-же, – протягивает Ди, с треском открывая крышку. – Я тебя сейчас расцелую.
Непонятно, к кому она обращается – к Мэту или к мороженому.
– А если серьезно? – спрашиваю я. – Как ты это сделал?
