— Ты и это знаешь? Отлично, Ринавейл, — холодно улыбнулся он одними губами, глаза сузились, а взгляд стал кинжально-острым.
— О, я знаю многое! Кстати, именно я сообщила Шарэррах о твоих планах, и не только! Я стала камешком в жерновах и других твоих замыслов…
— Ну, мой главный умысел еще впереди, и ты сыграешь в его реализации достойную роль. А пока почему бы нам не поболтать как отцу с дочерью?
— Почему бы и нет? — вдруг мне удастся потянуть время, чтобы получить хоть мизерный шанс или дать его тем, кто стоит у стен замка. — Может, расскажешь, зачем тебе все это?
— Что, надеешься потянуть время? — по красивому лицу скользнула понимающая и одобрительная улыбка, — и снова я скажу «неглупо», но на меня работают многие, и для достижения моих целей личное присутствие пока не требуется. Так что я вполне могу уделить тебе пару часов… напоследок…
— Ну хоть пару часов этот мерзкий слизняк не будет меня пытать, — меня передернуло, — странно, что ты позволяешь какому-то человеку прикасаться к драконам, пусть и к врагам.
— Не волнуйся, больше этот человечишка тебя не тронет, — милостиво ответил он, — расскажешь мне, как тебе удалось сбежать? Мне так и не удалось это выяснить, а я не люблю неясностей…
— Расскажу, — прямо взглянула на него я, — если ты ответишь на мой вопрос. Знаешь ли, любопытство наша единственная общая черта…
— Отвечу, но сначала я хочу услышать твой ответ.
— Я готовилась к побегу задолго до того, как совершила его. А как… нашла план замка, на нем был потайной ход за стену. Дальше прошла ритуал, изменив внешность и ауру, добралась до Тар-Каэра и поступила в Академию.
— Так вот почему Варрэн не смог тебя найти, — усмехнулся отец, — пожалуй, я зря так разгневался на него тогда. И что это был за ритуал? Как ты выглядела и какое имя носила?
— Ритуал… Я отказалась от Огня, перестала быть драконицей. Выглядела как полуэльфийка, и звали меня Алиэн эс Лирэн.
Лицо отца не изменилось, лишь зрачки на миг стали вертикальными, да еще подлокотники кресла скрипнули под впившимися в них когтями:
— Так вот оно что, — шипенье в голосе выдало его потрясение, — действительно, тебе удалось поломать столько моих планов… Хотя, знаешь ли, срыв некоторых из них дал интересные результаты, и я даже немного благодарен тебе за то, что так вышло!
— Так может, отпустишь меня? — иронично предложила я, — раз я тебе помогла?
Он усмехнулся и сделал какой-то знак, один из стражей отошел в сторону, булькнула жидкость, и дракон с пустым лицом протянул отцу бокал с вином, а затем снова занял место за его спиной. По моему лицу скользнула гримаса отвращения, вызвав замечание:
— Что кривишься?
— Тарр-эррей и объединение, так? Мерзость какая! И зачем тебе это, воины и без того всегда были преданы тебе и клану!
— Все-то ты знаешь, — в его голосе слышалось что-то похожее на восхищение, — а зачем… Так удобнее, не надо отвечать на вопросы и рисковать тем, что какой-нибудь молодой идеалист выдаст мои планы, уйдя из клана, — он покосился на золотоглазого, заставив меня почувствовать жалость к этому сломленному молодому мужчине, — а насчет отпустишь… О нет, ты мне пригодишься!
Некоторое время мы молчали, а затем я спросила:
— И все-таки, зачем тебе все это? У тебя было все, что можно пожелать: власть, сила, магия, крылья, долгая жизнь… Чего еще тебе не хватало?!
Отец вдруг помрачнел, а по лицу побежала вязь чешуи. Я завороженно смотрела на это, никогда не видела ничего подобного! Змеиные глаза обратились на меня, и он прошипел:
— Девчонка, ты ничего не знаешь… Долгая жизнь, сила… Твои слова звучат как насмешка!
Он оглянулся и коротко приказал охранникам:
— Вон!
Через несколько секунд мы остались одни. Отец глубоко вздохнул и посмотрел на меня прежним ледяным взглядом:
— Скажи, Ринавейл, ты когда-нибудь задумывалась над таким вопросом: почему все расы Аллирэна говорят на одном языке?
Я нахмурилась. Странно, что он спрашивает о том, что мне всегда казалось столь странным… И упорно зовет меня Ринавейл, хотя это по сравнению с остальным просто пустяки…
— Задумывалась, и не раз. Тем более, что у тех же эльфов явно когда-то был древний язык, это звучит в названиях, в некоторых словах… Да и у нас, взять хотя бы странное название тарр-эррей — оно должно бы что-то означать…
— А все потому, что ни мы, ни эльфы не являемся исконной расой Аллирэна, — он откинулся в кресле и с удовольствием наблюдал, какое впечатление произвели на меня его слова.
— Как?! — я была в шоке.
— Вот так. Ты говоришь о власти и долгой жизни… В мире, откуда родом наши предки, они жили по пять тысяч лет, а драконы-маги и вовсе могли жить вечно! Почти такую же продолжительность жизни имели остроухие, бывшие нашими ближайшими помощниками, выразителями нашей воли… А жалкие людишки почитали нас как богов, да мы и были богами для них, всевластными и почти бессмертными…
Я слушала его словно околдованная. Привычная картина мира рушилась на глазах, но возникающая на руинах мозаика играла все более яркими красками.
