— Ну вот, — фыркнула я, зевая в ответ, — теперь так и будем наперегонки зевать. Давай-ка спать, Сигни!
— Угу, — ответила она, щелчком отключая магический светильник.
Следующий день прошел в хлопотах: мы запасались провизией, чистили одежду и обувь, складывали вещи… Три седмицы — время практики включало в себя дорогу от Академии к месту практики, но не обратную — нам предстояло пробыть в разъездах вдали от городов и больших деревень…
Вечером мы направились на встречу с наместником. Слуга, ожидавший у двери комнаты Раяна, почтительно пригласил нас следовать за ним. Пройдя по коридорам, мы оказались, к моему удивлению, не в зале приемов, а в комнате, которую я для себя назвала каминной: композиционным центром ее был большой камин — естественно, по летнему времени его не топили. Вокруг него были полукругом расставлены кресла — так, чтобы в зимнюю пору было можно сидеть в них, любуясь на огонь. Дополняли облик комнаты резные панели из дуба на стенах, наборный паркет и тяжелые бархатные портьеры, придающие помещению неожиданно уютный вид. В креслах о чем-то негромко переговаривались двое мужчин, тут же поднявшихся нам навстречу. Чем-то неуловимо похожие: может, властным выражением лиц, а может, подтянутыми фигурами воинов. Старший, сухощавый седой мужчина в синем с серебром камзоле, радушно улыбнулся нам, с плохо скрытым интересом косясь на Кэла и нас с Сигни:
— Рад приветствовать представителей Академии в своей провинции. Я наместник, тар Нодар, это комендант тар Онвер. Добро пожаловать!
Беседа оказалась полезной: тар Нодар рассказал нам последние новости, в том числе о странных случаях близ границы — Раян тут же встрепенулся и принялся расспрашивать о них подробнее, а потом отметил на небольшой карте места, где эти явления наблюдались. А еще, помявшись — о начавшихся приграничных конфликтах с эльфами. Дело в том, что часть рубежа между Каэрией и Эллориэсэлем представляла собой древний лес, в котором граница была весьма и весьма условна. Во всяком случае, для людей, да и Светлые раньше не особо следили за её соблюдением. Все переменилось буквально полгода назад, теперь любой человек, зашедший в лес, рисковал быть нашпигованным эльфийскими стрелами. И не факт, что при этом действительно имело место нарушение границы… А еще очень неприятную новость сообщил тар Онвер. Как оказалось, в такой близи от Эллориэсэля всегда встречались полукровки, но с недавнего времени их начали убивать, причем похоже, что это делали именно эльфы. Сказав это, он виновато посмотрел на меня и Кэла, который побледнел и сжал мою руку.
— Простите, тар… — комендант вопросительно посмотрел на Кэла.
— Кэлларион, — ответил тот, и повернул руку так, чтобы было видно наши браслеты, — а нари Алиэн моя невеста.
— Тар Кэлларион, вам и нари Алиэн нужно быть вдвойне осторожными. Простите за замечание, но каллэ’риэ и полуэльфийка в такой близости от границы, да еще и жених с невестой…
— Спасибо за предупреждение, — усмехнулся Раян, вставая, — посмотрим, что смогут эльфы противопоставить семи магам Академии! Прошу нас простить, завтра мы выезжаем на рассвете, так что…
— Разумеется, я все понимаю, — поднялся с кресла наместник, — если будет что-то нужно: снаряжение, солдаты, лошади, не важно, вам достаточно только сказать. Я велю своим людям оказывать вам всемерную поддержку.
Раскланявшись с хозяевами, мы вышли из комнаты. Я с тревогой покосилась на Кэла: от него шла волна тяжелого, удушающего гнева. Почувствовав мои эмоции, он попытался взять себя в руки, но безуспешно: холодное выражение лица могло обмануть всех, кроме меня, а с учетом того, что я ощущала все его чувства… Он слабо улыбнулся мне и сказал:
— Об этом мало кто знает, но несколько раз за последние три тысячи лет эльфы начинали борьбу за чистоту расы. Уничтожение полуэльфов и каллэ’риэ считалось у них доблестью, хотя и не такой, как заставить одного из нас дать клятву.
— Мерзость какая, — меня передернуло, — и на что готовы пойти эти фанатики? А главное, зачем?!
— Не знаю, — резко ответил Кэл и, встретив мой растерянный взгляд, извинился, — прости, Лин, просто от такого я чувствую себя на редкость гадко. Словно узнал, что кто-то из моих родичей убивает и мучает детей. Тем более, что это вполне может быть правдой: судя по тому, что я знаю о своем деде, он один из самых больших ревнителей чистоты крови…
— Не стоит брать на себя чужую вину, — мягко сказал Лан, прислушивающийся к нашему разговору, — ты не твой дед.
— Верно, — кивнул Раян, — и вообще, не о том вы думаете. Наше дело — твари, а эльфы… Ни одна попытка поставить свою расу выше другой не удалась, так что они сами роют себе могилу. Так, сейчас всем отдыхать!
