— Ты права, — вздохнул он, — таким путем мы если доберемся к замку, то только к следующему лету.
— Боюсь, мы в любом случае не сможем пойти туда раньше. Ты же видел это заклинание, разве легко будет найти способ его аннулировать? Да и амулеты надо изготовить в большом количестве… А зимой в горах делать нечего…
Мы замолчали, вспоминая вечер в доме Раяна два дня назад. Мы собрались в гостиной вдевятером: Раян, наша звезда, Эрвейн и Ларкар. Я заранее предупредила, что разговор будет нелегким и очень важным. Раян активировал амулет от подслушивания и вопросительно посмотрел на меня:
— Ну что, Лин?
Я вздохнула, оглянулась на Кэла в поисках поддержки — он послал мне волну любви, уверенности и заботы — и взглянула на друзей:
— То, что я хочу вам рассказать, может перевернуть все ваши представления об истории Аллирэна. Когда-то я пообещала давно ушедшему от нас дракону сохранить его тайну, но теперь жизненно важно ваше знание о происходящем. Поэтому я прошу вас дать магическую клятву, что все сказанное в этой комнате сегодня останется лишь между нами. Что вы ни словом, ни письмом, ни действием не выдадите эту тайну, если я не решу, что ей пора увидеть свет.
Я замолчала и виновато посмотрела на друзей. Рейн улыбнулся в ответ:
— Не волнуйся, Лин, никто из нас не подумал, что ты нам не доверяешь. Я первый, хорошо?
Через пять минут все дали клятву. Я бережно провела пальцами по дневнику Шэра и заговорила:
— Это дневник того дракона, о котором я говорила. Того, чье имя я ношу — Шэртаэрра, последнего из радужных. Но прежде… Лар, что вы вообще знаете о радужных?
— Крайне мало. Неизвестно даже, был это род или клан, если клан — то где был его замок… Вообще о временах до Катастрофы неизвестно почти ничего, а единственный переживший её радужный — Шэртаэрр, да и то он считался легендой.
— Что ж, тогда для тебя кое-что будет таким же открытием, как и для остальных. Радужные были кланом, и замок их располагался в центре Туманных гор. И именно туда лежит наш путь. Там все началось, там все должно и закончиться.
Я оглядела напряженно слушавших меня друзей и продолжила:
— Если верить дневнику Шэра, то глава клана радужных захотел еще больше силы и власти, и избрал для ее обретения на первый взгляд не самый худший путь: создать сеть порталов для мгновенного перемещения по Аллирэну. Вот только способ для этого был найден жестокий: магия крови. Весь Аллирэн послужил полем для гигантского заклинания, а его узловые точки… Словом, они стали местами прорывов. Для запуска заклинания использовались жертвы, множество жертв. Но что-то пошло не так, и мир рухнул: раскрылись проходы, магическая волна начала Катастрофу… Сошедшая с ума магия уничтожила всех радужных, лишь Шэр и его немногие соратники из других кланов, пытавшиеся остановить это безумие, остались в живых. Возможно, это была воля Богов, а возможно, это произошло потому, что последней жертвой на алтаре стал побратим Шэра, и он в предсмертном усилии попытался защитить названого брата…
— Побратим Шэра? Мой предок? — Кэл был потрясен.
— Да, любимый.
— Но как это возможно? — Лан был бледен, — с момента Катастрофы прошли тысячелетия! Как заклинание может работать до сих пор? Почему о радужных не помнят? Почему не помнят о том, что драконы приносили в жертву разумных других рас?
— Драконы тоже ложились на тот алтарь, — горько усмехнулась я, — а ответы… Начну с двух последних: глава клана понимал, как сильно будут ненавидеть его все обитатели Аллирэна, поэтому заклинаний было два, и второе должно было стереть память о том, как именно удалось запустить портальную сеть. Вот только оно тоже сработало по-другому, заодно уничтожив всякую память о радужных… Возможно, где-то в древних книгах и остались упоминания о них, но и только…
— А насчет заклинания отвечу я, — вмешался Раян, — похоже, оно самоподдерживающееся. Открывая проходы, сила тратится, а от погибающих при атаке — набирается, и чем больше их, тем сильнее следующая атака. Как вы знаете, точки проходов сместились несколько лет назад, и у нас с Лин есть предположение, что кто-то сумел пробраться в замок и взять заклинание под контроль, пусть и частичный. Возможно, там снова приносятся жертвы, поэтому и сила атак растет…
— А мы вообще сможем это остановить? — в голосе Сигни было потрясение и страх.
— Главное, распутать заклинание, — ответил Кэл, — в этом нам помогут маги Смерти. Кстати, неплохо было бы привлечь Темных, среди них некоторые очень сильны в этой стихии. Если будут драконы, сотня боевых магов, защитные амулеты — вряд ли нас смогут остановить!
Некоторое время все молчали, а затем Дойл задал вопрос, которого я ждала:
— Лин, ты сказала, что все это «если верить дневнику Шэра». Что ты имела в виду? Ты ему не веришь?
— Верю. Но мне кажется, что у Харрэша — так звали главу радужных — была и другая цель. Вернее, я верю, что он хотел власти, но вряд ли ее могла дать лишь портальная сеть. А что именно еще он замышлял… Не знаю, может, по схеме заклинания поймем?
— А она есть? — Эрвейн и Лан спросили это хором.
