– Ближайшая к северу от Свомпскотта заправочная станция, обслуживающая за плату всех без исключения, – а надо сказать, что эти похожие на сигару лодки поглощают горючее в столь же неимоверных количествах, как шестеро арабов, усевшихся с соломинками вокруг чайника, – чай, – расположена в Глостере, от пляжа на расстоянии примерно получаса.
– И вам все это известно?
– Естественно: я же в течение пяти лет подряд возглавлял бостонский береговой отряд. Но не будем терять зря время, Арон! Сейчас я позвоню в береговую охрану и своим друзьям из патрульной службы, и его быстро разыщут.
– Еще одна вещь, Куксон. У него на борту мой служащий по имени Дивероу, Сэмюел Дивероу, и мне очень хотелось бы, чтобы его задержали до моего прибытия.
– Скверное дело, да?
– Не то чтобы так уж скверное. Скорее это импульсивный поступок с его стороны. Но для меня крайне важно, чтобы его поймали. Я объясню все несколько позже.
– Дивероу? Уж не родственник ли Лансинга Дивероу?
– Он его сын.
– Славный малый был этот Лансинг! Для парня с его способностями умер слишком рано. По правде говоря, это он помог мне вложить деньги в несколько прибыльных предприятий.
– Скажите мне, Куксон, а вы имели какие-нибудь контакты с его вдовой?
– Разумеется. У него были мозги, а у меня – немного денег. Я перевел кое-что из своих доходов на ее счет, а как же иначе?
– Судя по всему, многие поступили по-другому.
– Чертово жулье!.. Простите, Арон, прервем на этом наш разговор: мне необходимо сделать несколько звонков. Может, отужинаем как-нибудь вместе?
– С удовольствием!
– И прихватите с собой вашу прелестную супругу Шелли. Она такая высокая, изящная женщина!
– Ее зовут Шерли, и, по правде говоря, она вовсе не такая уж и высокая, это все… А впрочем, не важно.
Небо внезапно посерело, и над разъярившимся океаном буквально нависли темные облака. Сэм Дивероу стоял, вцепившись в стальной поручень моторки, несшейся стремительно в прибрежных массачусетских водах, и сам не понимал, какого черта позвонил он Джеффу Фрейзеру, человеку, который не очень-то ему нравился. Правда, никто из знавших «безумного Фрейзи», как называли его иногда с любовью, не мог питать к нему неприязни, потому что «блаженненький», как также частенько величали его, обладал сердцем столь же большим, как и его месячное содержание, которым он с охотой делился со всеми, кто, по его мнению, оказывался в затруднительном положении.
Признаться, Сэма смущали маниакально отважные маневры Фрейзи, намеренно направлявшего обтекаемой формы двухмоторный катер навстречу вздымавшимся громадой волнам.
– Главное – не зевать, старина! – крикнул, улыбаясь, его приятель и сдвинул набок свою капитанскую фуражку с галуном. – Чуть что, и эти узкие лодки опрокидываются брюхом вверх, если только их раньше не зальет водой!
– Уж не хочешь ли ты сказать, что мы можем затонуть?
– По правде говоря, не уверен в этом: пока что ничего подобного со мной не случалось! – Гигантский вал перекатился через катер, омыв стекло рубки и обдав брызгами обоих мужчин. – Бодрящая обстановка, дружок!
– Джефф, ты пьян?
– Ну, выпил разве что капельку, но это мне не во вред! Подмазка всегда помогает во время неожиданно разразившегося шторма! Дает тебе ощущение превосходства над природой, если ты понимаешь, что я имею в виду… Ты слышишь меня, Девви?
– К несчастью, да, Фрейзи!
– Не бойся ничего: эти волны так же внезапно исчезают, как и появляются!
– И долго может продолжаться такое?
– Ну, не более часа или около того! – ответил светившийся счастьем Фрейзер. – Единственная наша проблема – это найти тихую обитель.
– Обитель?
– Ну да, а иначе нам так и болтаться в море!
– Говори по-английски!
– Я это и делаю, приятель! Нам нужна бухточка, где ветер послабее, но в этом районе мест таких не столь уж много!
– А ты веди катер прямо на берег!
– Там полно скал и подводных камней, Девви, и обойти эти милые вещицы в подобную погоду не так-то легко.
– Что ты хочешь сказать?
– Ладно, оставим это.
– Черт возьми, поворачивай на берег! Вон там впереди песчаная полоса – и ни одной скалы! У меня – важное дело!
– Скалы и мели – еще не все! – заорал в ответ Фрейзер. – Такие лодки, как эта, не очень жалуют в частных владениях, а если ты приглядишься получше, то заметишь, что по всему берегу – пляжные домики.
– Но ты же ведь подошел к берегу в Свомпскотте около получаса назад!
– Владельцы прибрежных участков – из того же слоя, что и я, – платят за то, чтобы пляж, которыми они никогда не пользуются, не осквернялся присутствием посторонних. Вот почему нас не должны здесь видеть. С другой стороны, всем, кто знает Бернбаумов и заглядывает в раздел светской хроники в местных газетах, известны и дом Бернбаумов, и то, что его хозяева в Лондоне, на аукционе недвижимости. Потому-то я и рискнул, Девви. Но здесь, в такую бурю и с такой репутацией, как у меня, я не решусь на это!
– И что же это за репутация у тебя?
